7 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

ИСТОРИЯ РОССИЙСКОГО ОХОТНИЧЬЕГО ХОЗЯЙСТВА

История охоты в России

Охота — древнейшее занятие человека. Она давала первобытным людям все необходимое для существования — пищу, одежду. Позднее охота превратилась из необходимости в благородное развлечение.

Охоту на Руси любили все князья и государи. Они понимали, что охота – это не просто забава, но и прекрасный способ поддерживать свое физическое здоровье.

Охота в Древней Руси была целым ритуалом. В ней участвовали много людей разных сословий. На охоту выезжали в сопровождении дружины, нарядно одетые, а в случае большой добычи отмечали удачную охоту пирами и празднествами.

Для охоты отводились огромные по территории охотничьи угодья, покупались и выращивались лучшие породы охотничьих собак, отлавливались и обучались ловчие птицы. Разновидностей охот было много, но наибольшей популярностью пользовались соколиная и псовая охоты.

Первые псовые охоты на Руси появились в начале XV в. Об этом имеются сведения, содержащиеся в грамотах от 1410, 1504 гг. Псовая охота была доступна крупным помещикам и боярам.

В XVI и XVII веках достигает наибольшего расцвета соколиная охота, которой занимались в основном царский двор, бояре, приближенные к ним служилые люди. При царе Алексее Михайловиче возникло даже специальное ведомство соколиной охоты — Сокольничий путь, на службе которого состояло до ста сокольничьих.

Тогда же было создано и первое в России руководство по охоте — «Урядник сокольничьего пути», написанное, по свидетельству историков, самим царем. Пожалуй, именно в «Уряднике» впервые говорится об охоте как о великолепном времяпровождении, замечательном досуге, прекрасном отдыхе.

В Древней Руси право охоты принадлежало всем. Многие охотничьи угодья были общедоступными. Даже тогда, когда к XIX в. происходило деление охотничьих угодий на государственные и общинные, охотиться можно было в любом лесу.

Ружейная охота начала активно развиваться в конце XV века, наибольший расцвет наблюдался в XIX веке, вытеснив псовую и соколиную из-за большей эффективности и дешевизны. Такой охотой могли заниматься практически все, промысел осуществлялся не только на птицу и зверя, но и на рыбу. Именно ружейная охота стала толчком к накоплению богатейших знаний о животном мире, поведении и местах обитания отдельных животных.

Самыми зрелищными и масштабными были царские охоты. При царском дворе содержалось множество слуг, занимавшихся организацией и проведением охоты: ловчие, псари, ястребятники, борзятники, тенетники (владеющие сетями-тенетами), сокольники, загонщики, и т. п.

А также охотники, специализирующиеся на ловле отдельных видов животных: тетеревятники, бобровники, медвежатники, ловцы заячьих, лебединых и т. п.

Взять хотя бы охоту 1860 г., устроенную для Александра II в Беловежской пуще. Для ее организации и проведения были привлечены около 3 тыс. человек, подстрелено около ста самых разнообразных животных – лосей, кабанов, зубров, лисиц и т. п. Конечно, за царствующих особ всю основную работу выполняли рядовые охотники.

Если для обычных людей охота была суровой необходимостью, то для князей и государей это было развлечение, в результате которого отстреливалось огромное количество животных.

До XIX в. не проводилось никаких законодательных попыток как-то упорядочить охоту. Поэтому она проходила по тем неписаным правилам, которые складывались из поколения в поколение.

В начале XIX в. делаются попытки законодательного регулирования охоты. Создается Московское императорское общество разведения охотничьих и промысловых животных и правильной охоты.

Возглавлял это общество Великий князь Владимир Александрович в период с 1872-го по 1909-й г. Впоследствии охотничьи организации стали образовываться и в других областях Российской империи. К концу XIX в. начали выпускать специализированные охотничьи издания.

В 1893 г. был принят закон «Об охоте», который в основном пытался регулировать любительскую охоту. Однако этот документ практически никаких кардинальных изменений в вопросы охоты не внес. Его нормы носили скорее декларативный характер, а на практике охота осуществлялась по тем же самым принципам, что и до принятия данного документа.

С приходом советской власти ситуация с охотой кардинально меняется. Государственные интересы становятся преобладающими. Все охотничьи угодья признаются государственной собственностью. А право на охоту получают все желающие при наличии у них соответствующего разрешения государственных органов.

Характерной особенностью того времени является то, что охоту стали рассматривать как вид спорта. А во многих городах образовывались даже специальные спортивные охотничьи комитеты. Такой подход к охоте был совершенно неуместным, так как приводил к ненужному отстрелу животных.

Сразу после Октябрьской революции правительство страны предпринимает шаги, направленные на развитие охотничьего хозяйства. В мае 1918 года и в июле 1920 года В. И. Лениным подписаны первые декреты об охоте, которыми установлено всеобщее право на охоту, приняты меры к сохранению и увеличению численности ценных зверей и птиц. Организуются заповедники и заказники, где под защитой человека находятся редкие виды охотничьей фауны.

По декрету от 20 июля 1920 г. право охоты предоставлено всем гражданам повсеместно, за исключением «участков, где охота регулируется особыми правилами». Установлено, что удостоверением на право охоты является охотничий билет. Введены правила охоты и установлена ответственность за их нарушение.

В 1920 г. также создается государственный орган, который занимался управлением в сфере охотничьего хозяйства — Главохота. В 1940 г. была организована Госохотинспекция, переименованная в 1944 г. в Главохоту с территориальными подразделениями на местах. На эту организацию была возложена ответственность за проведение мероприятий по восстановлению охотничьих хозяйств, разрушенных в годы войны, контроль за численностью и отстрелом тех животных, которые причиняли вред народному хозяйству (волков, лисиц, кабанов и т. п.). На эту же организацию была возложена и функция по борьбе с незаконным отстрелом животных и птиц.

Охота не потеряла своего значения и в настоящее время, так как она считается основным способом природопользования. Так, в целом ряде местностей охота для многих людей служит средством основного или дополнительного заработка, а для жителей некоторых районов (например, Крайнего Севера) остается главным, жизненно необходимым делом.


В 1990-х г., с переходом российского государства на рыночную экономику, многие охотничьи угодья переходили к отдельным лицам и организациям. Сначала на правах аренды, а потом и частной собственности.

В настоящее время принято много нормативных документов, регулирующих различные вопросы, связанные с охотой: порядок ее осуществления, сдачи шкурок животных и т. п.

Книга «Правила охоты в России»

Основными видами охоты являются: любительская, спортивная и промысловая охота.

Охота может осуществляться с использованием огне­стрельного охотничьего оружия, самоловами, с ловчими птицами и охотничьими собаками.

Классификация охоты проводится также в зависимости от объекта охоты:

  • охота на диких зверей: таких, как волки, лисы, лоси, кабаны, медведи, зайцы и др.
  • охота на пернатую дичь: самыми распространенными объектами такой охоты являются утки, рябчики, тетерева, глухари, гуси, вальдшнепы.

Русская охота отличается богатейшими традициями, оказавшими сильное влияние на формирование культуры — языка, искусств, легенд, верований.

Сейчас в арсенале охотника большое количество разнообразных средств охоты, снаряжения, современного оружия, что позволяет получить от охоты максимальное удовольствие.

ИСТОРИЯ РОССИЙСКОГО ОХОТНИЧЬЕГО ХОЗЯЙСТВА

  • 22.08.2019 Угрозу краснокнижникам несут депутаты Государственной Думы
  • 01.08.2019 Прокуратура признала экспертов Бендерского незаконно действующими и ненадлежащими лицами.
  • 24.07.2019 Открыта регистрация участников на XX Кубок телеканала «Охотник и рыболов»
  • 16.05.2019 Купить Арбалет и Лук для Охоты — как выбрать охотничий лук и арбалет
  • 10.02.2019 45-я Международная выставка Охота и рыболовство на Руси
  • 09.08.2018 Александр Турушев — почетный защитник природы, или браконьер?

  • 11.02.2020 Борьба с климатическим кризисом – путь к Нобелю
  • 24.07.2019 Министр Минприроды Кобылкин торжественно обманул Природу и общественность
  • 23.07.2019 Когда Департаменты Минприроды участвуют в сокращении редких видов животных — ученые идут в.
  • 22.07.2019 Александр Турушев и организация незаконных охот на краснокнижных животных на основе фальсификации.
  • 19.07.2019 Апологеты браконьерства и псевдонауки заседают в Государственной Думе?
  • 22.09.2018 Опровержение фразы из статьи — Эдуард Бендерский хочет продавать отстрел краснокнижных баранов с.

  • 30.09.2019 Куда сходить и что посмотреть в Москве в первую очередь
  • 30.07.2019 Комфортабельные круизы от компании «Lastminuteclick»
  • 06.06.2019 Пятерка лучших фильмов про выживание по мнению букмекеров на betOn
  • 09.04.2019 Найти тур по выгодной цене поможет Farvater.travel
  • 20.02.2019 ДонЭкспоцентр — Выставка Охота-Рыболовство-Активный отдых Весна 2019
  • 01.06.2018 Куда пойти на День России 12 июня: Праздничная программа в парках Москвы на День России

Разумеется, не следует думать что данный материал претендует хотя бы на какую-то системную обзорность по столь обширному вопросу. Да и выдумывать из себя Сабанеева автору, едва-ли мыслилось. Просто сейчас очень много авторов без всякого образования, которые, вдруг, берутся описывать в своих книгах энциклопедические очерки на заданную тему. Как правило никому не нужные. Но откуда простому охотнику брать краткое изложение? Многие же энциклопедий и Самокиша не читают и в Музей Охоты не ходят.

Вот и возникает необходимость какой-то коротенькой информационной справочки, или поверхностного обзора, призванного заместить вакуум информации. Наверное, на этом пути такие статьи имеют право на жизнь. На сколько далеко должен заходить обзор в глубь веков? Ясное дело, что несколько позднее «охоты на динозавров», потому как человек и динозавры «по жизни» не пересекались.

Вероятно, все эти обзоры должны начинаться с Великого Князя и времен Трифона-сокольничьего. Вот как раз с того момента как на Руси появилась государственность. А иначе какая это охота на Руси, если самой Руси еще и не было. Это только у Украины есть украинские неандертальцы. А у всех остальных национальности и народности появились несколько позднее.

Неведомые времена

Первые свидетельства об охотничьих традициях народов, проживающих на территории, занимаемой современной Россией, относятся к 5 веку до нашей эры. В сочинениях Геродота описана охотничья тактика скифов и сарматов, которые вели кочевой образ жизни в южных и восточных российских регионах и получали пищу, одежду главным образом посредством охоты на зверя и птицу. Эти и другие народности, которые проживали на территории, характеризующейся холодным климатом, нуждались в теплой одежде и жирной, калорийной пище.

Геродот и другие историки характеризуют их как прекрасных охотников и звероловов, у которых имелись свои, эффективные тактические способы добычи пропитания. Кроме этого, российские народности использовали специально обученных охотничьих собак и других животных и птиц для повышения эффективности охоты.

В сочинениях историков об охотничьей тактике древних россиян мы читаем: «Высмотрев зверя с вершины дерева, они поражают его стрелой, а затем, вскочив на коня, преследуют с использованием собаки». Россия с древнейших времен славилась тем, что на ее территории добывались пушные животные с непревзойденным по красоте и качеству мехом. Вплоть до 16 века Россия являлась монополистом по добыче, выделке и торговле высококачественными меховыми изделиями.

Собольи, лисичьи, куньи, беличьи и бобровые меха, а также – пушнина других зверей, традиционно добывалась охотниками в основном в северных и восточных регионах, и доставлялась в черноморские и средиземноморские города купцами для торговли с иностранцами (об этом имеются упоминания в сочинениях арабских авторов, таких, как ибн-Хаукаль).

В сочинениях российских историков (например, В.Дементьева) говорится, что с 16 века пушнина приносила в российскую казну весомый достаток. На обширных русских территориях с древнейших времен была развита пушная промысловая охота, а с начала 17 века получает распространение и спортивная охота как развлечение аристократии.

Любительская охота в России

Считается, что любительская охота (такая, которая имеет первостепенной целью не столько промысловую добычу пищи и сырья для изготовления бытовых изделий, одежды и пр., а — удовольствие от самого процесса) ведет свое начало с 15 века, когда в военный (и охотничий) арсенал вошли картечь и дробь. Впервые любительской охотой в Западной Европе занялось население городов, развитых в техническом отношении.

Часто любительскую охоту отождествляют с ружейной охотой (т.е. такой, в процессе которой основным инструментом охотника является огнестрельное оружие). На территории России широкое использование огнестрельного оружия в охотничьих целях началось в 17 веке (до этого времени в массовом обиходе были лук и стрелы, позже потерявшие свое значение).

Изначально ружейная охота в России вряд ли носила любительский характер, так как ею занимались специальные люди (как крепостные, так и – свободные), в обязанности которых входила добыча съестных припасов (животных и дичи) к столу царя и аристократии.

19 век принес в Россию множество контактов с европейскими странами, в числе которых – охотничьи традиции, подчеркивающая высокий статус охотничья мода и культура.

Читать еще:  Варианты живцовой ловли

По сравнению с другими любительскими разновидностями охоты (псовой, соколиной) ружейная охота была более «демократичным» и дешевым занятием, что сделало ее популярной в широких кругах населения. Представители среднего сословия часто не могли позволить себе из материальных соображений покупку дорогих собак, охотничьих птиц и содержание специалистов для их обучения. Кроме этого, ружейная охота являлась, по сути, универсальной и самой эффективной разновидностью промысла, так как позволяла добывать не только зверей и птиц, но даже – бить рыбу.

1859 год ознаменовал создание Общества охоты в Москве, а 1872 – императорского общества размножения охотничьих животных, в которые объединялись горячие поклонники охотничьих развлечений. В 1892 году в России было разработано и принято первое законодательство о регулировании процесса охоты и организованы заповедники для соболя.

В конце 19 века в России введены запреты на добычу некоторых видов исчезающих животных (в том числе – соболя) и была осуществлена попытка запрета круглогодичной охоты на песца, лису, горностая, белку и выдру.

Промысловая добыча пушнины на территории России

До нынешнего времени Россия является одним из основных поставщиков высококачественной пушнины на мировой рынок. Важнейшими промысловыми пушными зверями с 15 века являются куница, соболь и бобр. Пользуется высоким спросом также беличий, лисий, волчий, медвежий и другие меха.

С 12 века, массовая промысловая пушная охота ведется в сибирском регионе, в том числе – в его западной части. С 15 века самими массовыми зверями, которые добываются охотниками ради ценного меха, являются куница и бобр. Так, шкурка бобра в 15-16 веках ценилась так же, как и 1-2 рабочие лошади, или 3-4 коровы.

Охота на бобра велась русскими охотниками с использованием специальных, «бобровых», собак (1 такая собака стоила столько же, сколько корова). Для промысловой добычи куниц и белок применялись специально обученные лайки (каждый из таких псов стоил как 3-4 коровы).

Промысловое освоение земель, прилегающих к реке Печора, с целью добычи и заготовки пушнины для торговли с иноземцами было начато в 11 веке новгородцами. Целью этого мероприятия был мех соболя, белки и куницы, который добывался не только посредством охоты, но и – обменивался или покупался у коренного населения, традиционно занятого промыслом пушных зверей.

С 16 века народы Сибири, покоренные русскими европейцами, платили в казну дань ценным мехом («с каждого человека – по соболю»). В результате в государственных закромах в 17-18 веках от поступления налогов ежегодно прибавлялось 180-200 тысяч собольих шкур и 9-10 тысяч шкур черно-бурой лисицы.

Позже, к 17 веку, русские люди освоили пространства до реки Обь, а российская пушнина была представлена в Европе (например, на ярмарке в Лейпциге) как непревзойденный по качеству товар. С 17 века добыча ценного пушного зверя приобрела массовый и хищнический характер, что привело к значительному сокращению популяций соболя, куницы и многих других зверей (например, поголовье снежного барса на территории нынешней России сегодня составляет несколько десятков особей).

Некоторые виды животных (как пушных, так и тех, что были пригодны в пищу), встречающихся ранее в дикой природе, и вовсе исчезли. К таковым относят зубра, дикую лошадь и многих других.

Охотничий промысел на азиатской территории России

Азиатская часть России насчитывает 87 видов млекопитающих (охотиться разрешено на 68 из них) и 95 видов пернатых (охота разрешена на 85 разновидностей).

Количество официально зарегистрированных охотников насчитывает более 1,1 миллиона человек. Из них 20 тысяч занимаются промысловой добычей зверей и птиц и работают в охотничьих хозяйствах. Более 200 тысяч охотников задействованы в сезонных промыслах.

Самыми распространенными животными для охоты в России являются зайцы (беляк и русак), бобр европейский, лисицы, белка обыкновенная. Ради пушнины добываются песец, норка, соболь, горностай, лесная куница.

Охота производится также на других млекопитающих. Из мелких и средних по размеру животных это: белка, выдра. Из крупной дичи – олени (северный и благородный), лоси, кабаны, косули, волки, сайгаки, муфлоны, дикие бараны (в том числе – снежный), медведи.

К птицам, на которых разрешена охота, относятся рябчик, куропатка (серая, тундровая, белая), глухарь (каменный и обыкновенный), кеклик, чирок, кряква, шилохвость, нырок, свиязь. Широко добываются охотниками бекасы, вальдшнепы, дупель, дикие голуби.

Согласно статистике, на территории азиатских стран, в которые входит Россия, добычей охотников ежегодно становятся более 36 миллионов животных. В «пищевом эквиваленте» это соответствует 170 тысячам центнеров мяса. Добыча пушнины составляет ежегодно более 9 миллионов шкур. Если доверять статистическим данным, то на европейском континенте (в отношении количества убитых зверей на единицу площади охотничьих угодий) животных и птиц добывается значительно больше, чем в странах Азии.

Современная охота, — действующие лица

Крупнейшим аутфитером, как ни странно, является Военно-охотничье общество (ВОО), которое создано в 1921 году. Общество внесло большой вклад в становление и развитие охотничьего хозяйства в Российской Федерации. Сегодня ВОО — самостоятельная некоммерческая общественная организация. Оно объединяет тринадцать региональных и межрегиональных организаций, территориально охватывающих практически всю Российскую Федерацию. Угодий у ВОО, конечно меньше, чем у Росохотрыболовсоюза, но вот самих охотников гораздо больше, так как военные становятся охотниками гораздо чаще, чем обычные граждане.

Особенность ВОО состоит в том, что оно предоставляет своим членам услуги в самых отдаленных уголках России. Исторически как раз и сложилось так, что каждая крупная воинская часть всегда организовывала первичку ВОО и добивалась выделения им адресных охотничьих угодий. А отставники с удовольствием шли в егеря. Ни реклама, ни турагентства таким охотхозяйствам практически не нужны. Нужную помощь они получают от самих воинских частей, включая выделение солдат на хозработы, а посещение баз командованием воинских частей дает им все, что им нужно от работодателя. Остальное берут сами, как везде в России. Услуги, конечно, продают и гражданским, но, как правило, когда те сами приезжают и просят.

Ассоциация «Росохотрыболовсоюз», в которую преобразовался Союз обществ охотников и рыболовов России, созданный в 1958 году, является ведущей в Российской Федерации общественной организацией охотников и рыболовов. Она объединяет областные, краевые и республиканские охотничье-рыболовные общества, имеющиеся почти во всех субъектах российской Федерации. В свою очередь эти общества объединяют районные общества охотников и рыболовов.

Сегодня Ассоциация «Росохотрыболовсоюз» — самый крупный охотпользователь России. Площадь охотничьих угодий, закрепленных за входящими в нее обществами — более 240 млн. га. На базе этих охотугодий функционирует три с половиной тысячи охотничье-рыболовных хозяйств. Опять же, такой организации классический аутфит без особой необходимости, — клиентура сформирована организационно из членов первичных организаций. Поэтому общего маркетинга организация не имеет. Все решается на месте в зависимости от руководителя.

История российского охотничьего хозяйства

как она есть и какой могла бы быть

Поводом для написания этой заметки послужила статья И. Касаткина, посвященная Московскому обществу охоты («Охота и рыбалка XXI век», № 9, 2009 г.). В первой части я кратко разберу ее как характерную для охотничьей историографии публикацию, во второй – попытаюсь представить, какой бы содержательной могла быть история нашего охотничьего хозяйства.

Статья И. Касаткина характерна для охотничьей исторической публицистики, призванной представить в светлых тонах современные объединения охотников, но выделяется из них обилием ошибок, в конечном счете, подрывающих сам авторский замысел.
Во-первых, для нашей популярной литературы характерны многочисленные фактические неточности.
Некоторые из них носят технический характер. Так, И. Касаткин говорит, что Московское общество охоты (МОО) более 20 лет руководствовалось положениями Устава 1862 года – до утверждения 23 ноября 1885 года второго Устава. Однако, как следует из Летописи деятельности МОО, изданной в 1898г., второй Устав был утвержден правительством в 1866 г., и Устав, утвержденный в декабре (а не в ноябре) 1885 г. Министром государственных имуществ, таким образом, был третьим. В том же ряду – утверждение И. Касаткина, что МОО «одним из первых разбило свои угодья на участки с закреплением за ними ответственных лиц». Согласно Летописи, закрепление егерей и сторожей за определенными угодьями происходило как раз в ходе укрупнения охотничьих угодий МОО в связи с требованиями охраны, установленными Законом об охоте 1892 г.
Грубая ошибка автора – якобы имевшее место переименование Московского общества охоты в Императорское общество размножения охотничьих и промысловых животных и правильной охоты имени Александра II. МОО и Императорское общество правильной охоты – две совершенно самостоятельные организации, причем долгое время тесно сотрудничавшие: член совета последнего избирался председателем МОО, они были совладельцами садки, Императорское общество учреждало медали для кинологических мероприятий МОО, а МОО устраивало охоту для гостей Императорского общества.
Другого рода неточности связаны, по-видимому, с чрезмерным доверием И. Касаткина к фактам, приводимым в официальных обращениях МОО к разным высокопоставленным лицам. Например, уничтоженный усилиями общества волк-людоед описан И. Касаткиным как громадной величины матерый зверь. «Старым, громадной величины, волком» представлялся он и обществом, причем только в ходатайстве Московскому генерал-губернатору о награждении егеря общества. В самой же Летописи это «старая, почти белая, беззубая волчица», то есть зверь вполне дряхлый. Точно так же МОО, ища в 1894 г. покровительства великого князя Сергея Александровича, писало ему, что главная цель общества – якобы «сохранение дичи от угрожающего ей уничтожения», хотя еще в Уставе 1871 г. главной целью признавалось «устройство охоты на правильных основаниях и образование хороших охотников», а в Уставе 1885 г. еще проще и откровеннее сказано: «доставлять членам общества возможность правильно и удобно охотиться».
Далее И. Касаткин утверждает, что «меры, проведенные в жизнь Московским обществом охоты, позволили добиться того, что численность местовой дичи в закрепленных за ним угодьях не только восстановилась, но и выросла до давно забытого уровня». Однако, в начале 1890-х годов члены МОО официально обращались в правление с просьбой арендовать новые, пусть и отдаленные угодья, поскольку в старых «бекасов и дупелей мало» (это объясняется осушением болот), «да и лесной дичи все менее и менее», а «под Москвой хороших угодий, вероятно, не найдется». И. Касаткин говорит о важной роли МОО в создании и соблюдении охотничьего законодательства, в том числе о мерах по «предотвращению весеннего истребления дичи». Но при этом умалчивает, что общество добилось для себя (после устроения очередной охоты для царя) официального изъятия из действующего закона права проведения в своих угодьях весенних охот на глухаря, тетерева и вальдшнепа.
Регулярные напоминания автора о «благосклонности и внимании» царей на развитие МОО, авторитете общества в правительственных учреждениях с фактической стороны верны, но не вполне. Например, ходатайство МОО о принятии под августейшее покровительство рассматривалось почти год, а о награждении егеря медалью «За усердие» – более полутора лет. Однако само искание благосклонности и внимания бесспорно. Когда в связи с 35-летием МОО император пожаловал ему право носить имя Александра II, общество ответило следующим образом: «Безпредельно осчастливленное Царской милостью Московское Общество Охоты имени Императора Александра II всепреданнейше просит своего Августейшего Покровителя повергнуть к стопам Его Императорского Величества, нашего всемилостивейшего Государя, наши верноподданнические чувства». Сама лексика, как и не воспроизведенные здесь шрифтовые изыски, не может считаться необычной для того времени, но по концентрации величаний, по интенсивности выражения «чувств» этот документ, насколько я могу судить, редкий.
Как уже говорилось, напряженное искание высочайшей милости было не всегда и не во всем успешным. И. Касаткин, преувеличивая неразумие власти, предлагает рассматривать наделение общества правом проведения облавных охот в угодьях удельного ведомства «как своего рода государеву привилегию». Однако никакой привилегии здесь не было – Московская удельная контора Министерства императорского двора и уделов, ссылаясь на высочайшее разрешение, сообщала МОО, что удельное ведомство оставляет за собой право «разрешать охоту и всем другим, кому признает это нужным».
Но самая большая неправда статьи И. Касаткина – описание Московского общества охоты как организации демократичной, организованной и многочисленной, стремящейся к росту числа членов и добивающейся его. Так, говоря об элитарности Русского охотничьего клуба и приводя для примера список некоторых его членов – «аристократов и высоких чиновников», где из 16 приведенных персон 3 князя, И. Касаткин говорит буквально следующее: «Общества же охоты, подобные московскому, были открытыми, демократичными организациями, членом которых мог стать любой признающий их цели и задачи». На самом деле из 11 учредителей МОО шестеро были крупными землевладельцами, а двое купцами. Ко времени официального учреждения в обществе состояли 30 членов. Первая царская (устроенная для царя) охота дала, согласно Летописи, «быстрый прирост нравственных и материальных сил Общества» – членов стало 67! Вторая царская охота (1866 г.) «еще более возвысила значение Общества в общественном мнении, и в 1866 отчетном году число членов достигло 169»! За первые 35 лет существования МОО (1862–1897 гг.) максимальное число его членов – всего лишь 216, в том числе 29 почетных, 157 действительных и 30 кандидатов. Оно было достигнуто в 1888–1889 отчетном году, но поскольку лишь несколько лет спустя было решено не числить в списках членов и кандидатов тех, кто был избран, но билетов не брал, то и в этой предельной цифре было немало мертвых душ. Как следует из опубликованных отчетов МОО за 1901–1911 гг. (с пропусками), в начале этого периода общество имело 203 члена, в конце – 138. Число почетных членов при этом сократилось незначительно – с 29 до 26. Если говорить о социальном составе, то в 1902 году, например, среди них были 7 великих князей, 6 князей «простых», 1 великий герцог и 4 графа. Как видно, по сравнению с МОО Русский охотничий клуб (который, кстати, некоторое время предоставлял МОО свои помещения, в том числе под совместную Первую спортивную выставку) выглядит ватагой разночинцев.
МОО отнюдь не был открытой организацией, членом которой мог стать любой. Хотя формально, например, по Уставу 1885 года, число его членов не ограничивалось, в кандидаты человек мог быть зачислен лишь по предложению двух членов с последующим голосованием. Более того, согласно Уставу 1912 года , число членов общества на каждый год определялось годичным собранием, то есть устанавливалось предельно максимальное количество членов. Об организации МОО говорит тот факт, что для признания очередных собраний действительными было достаточно явки примерно десятой части членов. Даже для главных собраний, годичных и экстренных, кворум составлял 20 человек. Если же и их не набиралось, вторично созванное собрание считалось действительным «при всяком числе явившихся членов». Такой порядок, конечно, не обеспечивал возможности учета интересов и мнений всех членов общества (и отнюдь не свидетельствовал об их организованности или энтузиазме).
И. Касаткин говорит о 60 охотничьих участках МОО, подчеркивая, что «многие угодья представляли собой значительные площади: по пять, десять и более тысяч десятин, так что охотиться членам Московского Общества было где». Учитывая, что десятина – примерно гектар, это верно. Более того, в 1902 г. список охотничьих угодий МОО состоял уже из 4 «ближних мест» и 214 охотничьих участков при 27 железнодорожных станциях. Напомню: это на 203 члена, включая кандидатов (данные 1902 года)! На каждого члена – по одному подмосковному охотхозяйству!
Нужно сказать несколько слов о методах и результатах. И. Касаткин заявляет: «Это только в большевистской истории было принято считать все до 1917 года проклятым прошлым, уродливым наследием царизма, в том числе и то, что касалось охоты». На мой взгляд, противопоставление в данном случае неуместно. Есть история, опирающаяся на факты, и есть история, подгоняющая их под сторонний заказ или личные симпатии. История И. Касаткина столь же плоха, как и «большевистская»: та огульно очерняла, эта сплошь золотит, и обе на самом деле реальную историю не уважают.
Московское общество охоты действительно было первой официально зарегистрированной организацией охотников. Первоначально оно ставило целью сохранение дичи, славилось добрым отношением к своим служащим, внесло важный вклад в кардинальное снижение численности волков в своем регионе, занимало прагматичную позицию по отношению к весенней охоте и имело множество несомненных заслуг в области охотничьего собаководства.
Вместе с тем Московское общество охоты было организацией малочисленной, фактически клубной. Будучи созданным с главной уставной целью сохранения дичи от истребления, оно вскоре отодвинуло эту цель на второй план. А на первый вышло обеспечение охотами своих членов. Арендовались охотничьи угодья по ближнему и дальнему Подмосковью. Лучшие из них (вдоль железнодорожных веток) обычно выводились из общего пользования. Но и в арендованных угодьях сохранить дичь общество не могло. Бросая их истощенными, оно брало новые – тысячами гектаров.
Сколько-нибудь уважительное отношение к фактам лишает убедительности тезис И. Касаткина о том, что, «в сущности, нынешние добровольные общества охотников и рыболовов в основном повторяют по своим целям, задачам, содержанию и организации созданные еще в XIX веке общества охоты».
Охотничьи общества позапрошлого века были очень разными. Нынешние общественные организации на порядок многочисленнее дореволюционных. И организованы они совершенно иначе, и их уставы (о реальных порядках нужно говорить отдельно) несравнимо демократичнее, вступление в них действительно свободно. Если Московское общество охоты сравнивать с современным региональным обществом, то преемственность, с поправкой на изменившиеся обстоятельства и формы, обнаруживается в таких, например, элементах, как искание высочайших милостей – не царских, так великокняжеских, лукавая агитация, упор на закрепление охотугодий и активная кинологическая работа. При этом Росохотрыболовсоюз и его структуры, при своем открытом членстве, совершенно далеки от практиковавшегося в МОО свободного и равного доступа членов общества ко всем охотам, а также от публикации подробных отчетов и полной финансовой прозрачности. Что из перечисленного считать важным, а что нет – зависит от ракурса конкретного сравнения. Но чохом зачислять нынешние общества в преемники старым ни в коем случае не следует.

Читать еще:  В Тюменской области изменены правила охоты

С. П. МАТВЕЙЧУК, старший научный сотрудник отдела «Хозяйство и Право» ВНИИ охотничьего хозяйства и звероводства им. проф. Б. М. Житкова, г. Киров. 23 февраля 2010 в 15:10

Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во «Вконтакте» или на «Facebook».

История охоты в России

Охотничье хозяйство — форма человеческой деятельности, связанной с охраной и рациональной эксплуатацией охотничьих ресурсов. Оно пришло и приходит на смену стихийным охоте и промыслу, когда добыча диких зверей никак не регулировалась и не регламентировалась. Конечная цель усилий по совершенствованию охотничьего хозяйства — достижение такого состояния дел, при котором будет обеспечено длительное и неистощительное использование охотничьих ресурсов.

В предыдущих главах мы видели, насколько различны уровень и способы ведения охотничьего хозяйства отдельных стран и континентов, и убедились, что для достижения поставленных задач охотничье хозяйство должно иметь определенную, достаточно хорошо продуманную организацию. Даже собирательство и первобытная охота регулировались какими-то, пусть не очень совершенными и экологическими механизмами, которые предохраняли от избыточного использования местные биологические ресурсы; они находили отражения в образе жизни, суевериях, религии, наконец, в древних законах. Что же говорить о современном периоде, когда регламентация является насущной необходимостью. Только четкая организация способна обеспечить эффективное использование охотничьих ресурсов при условии их сохранности и воспроизводства.

Рассмотрение проблемы целесообразно начать с вопросов юридических, законодательных; именно они лежат в основе организации и деятельности охотничьего хозяйства.

В России первый, охотничий закон был принят в 1892 г. Он имел ярко выраженный классовый характер и в основном был направлен на удовлетворение потребностей богатых землевладельцев и других влиятельных охотников. Достаточно сказать, что в этом законе полностью игнорировались интересы промысловой охоты — массового, истинно народного занятия. Ценнейший пушной зверек белка, например, был объявлен вредным видом, добыча которого не имела никаких ограничений.

Истоки охотничьего законодательства РФ — в первых декретах Советской власти и особенно в «Декрете о земле» от 26 октября 1917 г. Этот декрет отменил частную собственность на землю и установил право исключительной государственной собственности на нее. В собственность народа перешли все охотничьи угодья с населявшими их зверями и птицами. Затем последовала серия законов и нормативных актов, затрагивающих вопросы охоты и связанных с именем В. И. Ленина, который либо подписывал, либо санкционировал их: декрет «О сроках охоты и о праве на охотничье оружие» от 27 мая 1919 г., декрет «Об охоте», изданный Совнаркомом РФ; «Правила производства охоты, ее сроки и способы» (утверждены ВЦИК РФ 24 августа 1921 г.). В последнем документе дикие звери и птицы рассматривались как непосредственное достояние республики. Наконец, необходимо упомянуть декрет ВЦИК «Об охоте», который был подписан 1 марта 1923 г. Он предусматривал решение вопросов, связанных с регистрацией и использованием охотничьего оружия, а также с охраной диких животных и созданием заповедников.

В сущности на перечисленных документах и основаны последующие положения об охоте и охотничьем хозяйстве союзных республик, устанавливавшие систему и методы эксплуатации объектов охоты. К ним, например, относится и первое «Положение об охотничьем хозяйстве РФ», утвержденное ВЦИК и СНХ РФ 10 февраля 1930 г. «Положение» предусматривало выделение особых охотничьих угодий, охотничьих заповедников (сейчас этот термин кажется странным — В. Д.) и заказников. Особые охотничьи угодья передавались для их эксплуатации государственным, кооперативным и общественным организациям. Право установления правил, сроков и способов производства охоты, определение перечня запрещаемых к добыче зверей было предоставлено республиканским, краевым и областным исполнительным комитетам.

В действующем сейчас «Положении об охоте и охотничьем хозяйстве РФ» (1960 г.) вопрос о государственном охотничьем фонде, сформулированный в первых законах об охоте, получил дальнейшее принципиальное развитие. В п. 2 Положения подчеркнуто, что РФ имеет единый госохотфонд и что он не зависит от ведомственной принадлежности охотничьих угодий. Несколько изменилось определение охоты; если раньше под охотой подразумевали только добывание диких зверей и птиц, то в соответствии с новым Положением охотой стали считаться также их выслеживание с целью добычи и преследование.

За годы Советской власти было издано много постановлений, принято решений, направленных на укрепление охотничьего хозяйства, развитие промысловой и любительской охоты. Постановление Совета Министров РФ от 11 мая 1959 г. «О мерах по улучшению ведения охотничьего хозяйства» признало закрепление охотничьих угодий (на срок не менее 10 лет) за государственными, кооперативными и общественными организациями основной формой правильного ведения охотничьего хозяйства — ив этом его принципиальное значение. Была ликвидирована обезличка в использовании охотничьих ресурсов, создана система приписных охотничьих хозяйств различного направления, что способствовало переходу всего охотничьего дела на новый, более высокий организационно-правовой уровень.

В последние десятилетия в РФ, как и во многих развитых странах мира, произошли изменения, отразившиеся на состоянии охотничьего хозяйства: выросла общая численность населения; отрасли хозяйства, использующие биологические природные ресурсы, встали на интенсивный путь развития; увеличилась протяженность наземных магистралей; появились новые виды транспорта и т. д. Все это вызвало сокращение ареалов диких зверей и птиц, ухудшение условий их обитания и как следствие — уменьшение ресурсов охотничьих животных. Произошли изменения и в самом охотничьем хозяйстве: рост численности охотников, улучшение их технической оснащенности и т. д. В этих условиях имевшаяся ранее относительная изоляция охоты была утрачена, она попала в тесную зависимость от общего уровня природопользования в стране, от состояния природоохранного законодательства. «Собственно охотничьих» законов и положений стало уже недостаточно для нормального функционирования охотничьего хозяйства. Это обстоятельство было правильно понято государственными организациями, что привело к подготовке и принятию Закона РФ «Об охране и использовании животного мира» (июнь 1980 г.).

Впервые в законодательном порядке животный мир РФ был объявлен государственной собственностью — общим достоянием всего советского народа.

Принятие Закона РФ «Об охране и использовании животного мира» создали необходимые условия для дальнейшего развития собственно охотничьего законодательства, для перевода всего природопользования на современные комплексные основы.

Стран много и охотничьи законы в них очень разные. Большинство стремится к разумному ограничению добычи охотничьих животных, не стесняющему в то же время возможности охотников. Таковы законы и правила охоты в социалистических странах Европы, в некоторых капиталистических западноевропейских странах. Но кое-где на первое место ставятся эгоистические, узко национальные интересы, подрываются запасы мигрирующей пернатой дичи. Это можно сказать об охотничьем законодательстве Бельгии, Франции, Нидерландов. Особенно же отличается в этом отношении Италия.

Охотничье хозяйство России — истощительное и неэффективное?

Фото Дмитрия Щаницына

Проблемы были изложены на пяти страницах текста, который был роздан участникам этого обсуждения.

Читать еще:  Переоформление оружия в Росгвардии: сколько стоит и куда бежать

В тексте заслуживает особого внимания следующий пассаж: «Отсутствие единой системы государственного управления ресурсами животного мира и средой его обитания на федеральном и региональном уровнях и соответствующих федеральных планах управления мигрирующими видами охотничьих животных, а также отсутствие международного сотрудничества и международного квотирования приводят к их истощительному и неэффективному использованию».

С краткими сообщениями выступил глава МПР С.Е. Донской, представители Сената, специалисты охотничьего хозяйства.

По результатам весеннего обсуждения проблем охотничьего хозяйства, состоявшегося 6 апреля в Думе, некоторые из участников «посиделок» уже высказывались в «РОГ».

Ведущий круглого стола А.И. Лисицин.

Хотелось бы услышать мнение ученых о недавнем обсуждении и узнать, удалось ли за прошедшие полгода улучшить ситуацию? Что же делать с истощительностью и как быть с неэффективностью? Владимир Александрович, насколько я осведомлен, Вы знакомы с материалами этого обсуждения. Как бы Вы оценили ситуацию в охотничьем хозяйстве, существующую на сегодняшний день?

В.А. Кузякин, д-р биол. наук, профессор. Да, я самым внимательным образом ознакомился с материалами этого совещания и обсудил их вместе с коллегами, присутствующими здесь. Действительно, охотничье хозяйство России сейчас находится в глубочайшем кризисе. О причинах этого мы писали неоднократно. Главная причина в отношении высших государственных органов к этой отрасли.

Фактически она существовала и существует. После гражданской войны охота кормила большую часть сельского населения в голодной России. Во время ВОВ специальные охотничьи бригады добывали много мясной продукции для фронта. В послевоенные годы экспорт пушнины только одной ондатры превышал по стоимости экспорт стального проката.

Читайте материал «Охотничье хозяйство верно идет ко дну»

В 80-е годы прошлого века охота и рыбалка в США давали этому государству десятки миллиардов долларов. В эти же годы в России, несмотря на то что охота уже давала 1% ВВП, стала выстраиваться организационная система охотничьего хозяйства, включая подготовку охотоведов и начинающих охотников, которая быстрыми темпами двигалась в направлении увеличения этого показателя.

С тех пор отечественное охотничье хозяйство потерпело настоящую катастрофу.

Современное безалаберное отношение к отрасли выразилось в пресловутом антигосударственном Законе «Об охоте» № 209, который породил безумную неразбериху в охотпользовании, множество судебных разбирательств, создал благодатную почву для коррупции.

Отрасль-то существует фактически, а юридически, по закону, ее нет. Нет и специальности «охотовед». Забавно, в кроссвордах слово охотовед есть, а в законодательстве — нет. Хотя охотоведов готовят в нескольких профильных вузах. Но как?

Существует острый кадровый голод, да и квалификационный уровень многих преподавателей оставляет желать лучшего. ВАК настроил столько препятствий в защитах диссертаций, что многие разумные охотоведы отказываются от работ над диссертациями, да и защиты ничего не дают материально. А ведь работа над диссертациями — это работа по повышению своей квалификации.

Учебные «стандарты» вузов напичканы огромным количеством совершенно ненужных дисциплин. А на нужные дисциплины отводится слишком мало времени, или они вовсе отсутствуют. Откуда же будут появляться грамотные охотоведы-практики?

В охотоведческой науке наблюдается то же самое: охотоведческая тематика не приветствуется, научная молодежь устремляется в «зеленые». Крупные ученые-охотоведы уже ушли из жизни, оставшихся осталось по пальцам пересчитать, но и их никто не слушает.

Читайте материал «У нас антиохотничий закон об охоте»

Истощительность наблюдается, прежде всего, в головах малообразованных «реформаторов» охотничьего хозяйства. А пути возрождения охотничьего хозяйства ясны, они изложены в сотнях публикаций.

— Юрий Игоревич, Вы участвовали вместе с коллегами в обсуждении этого материала. Так произошли ли изменения?

Ю.И. Рожков, д-р биол. наук, профессор. Впервые за последние десять лет я вижу, что описание некоторых проблем охотничьего хозяйства сформулировано (правда, с использованием странных терминов) таким же образом, как и то, о чем мы пишем очень давно, пытаясь достучаться до госруководства. Я говорю о сути этих формулировок.

Что касается практических изменений, то они смогут произойти только тогда, когда настоящая наука вернется в ведомственную науку. Причем наука статусная (научно-исследовательское учреждение) и персонифицированная — с Ученым советом («защита от дурака» и фильтр для волюнтаристов) и персональной ответственностью за то, что эта наука предлагает.

В тексте, который мы обсуждаем, есть и сетования на «экстенсивность» развития и «консерватизм» методов использования. Я полагаю, некоторым «консервативным» методам уже сотни лет, они первобытны, т.е. экологичны — что хорошо.

Они вполне органично вписаны в тот ландшафт, где, собственно, и применяются. Любая «интенсификация» приведет к его «опустыниванию». Это касается тундры и лесотундры, некоторых таежных и, конечно, полупустынных районов. В европейской части страны мы с этой интенсификацией опоздали на пару десятков лет.

Никто не хочет заниматься разведением глухаря, потому что это непросто. Хотят сразу и сейчас, и такой подход — бездумное воплощение в жизнь этой самой «интенсификации», он уже привел к огромным убыткам (проблема АЧС и пр.).

Позволю напомнить авторам этого текста — абсолютно любые методы интенсификации любых видов охот требуют очень тщательных и порой многолетних научно-исследовательских работ. У нас полностью отсутствует (на уровне структур, регламентирующих охоту в стране) какое-либо управление популяциями, так же, как и само понимание, что это такое.

Читайте материал «Плач Ярославны: куда податься с нашими охотбилетами»

Поэтому «истощительность», или, по-русски, сокращение популяционного разнообразия и численности отдельных популяций, налицо.

В этой очень непростой ситуации в российском охотничьем хозяйстве, прежде всего, следует опасаться того, что те же самые люди, которые и создали своими безграмотными действиями эту, с позволения сказать, истощительность, вдруг записались бы в «генетики» и стали «интенсивно» «управлять» популяциями.

В целом же обозначенные проблемы могут быть решены только в рамках нового закона. Поправлять этот «Тришкин кафтан» бессмысленно. В Федеральном собрании РФ необходимо срочно создавать рабочую группу и площадку для подготовки концепции нового закона, а следом и сам проект закона.

Фото Сергея Фокина.

— Михаил Дмитриевич, Вы наверняка хотели бы осветить реальную и очень острую проблему кадрового голода в отрасли.

М.Д. Перовский, д-р. биол. наук, профессор. Да, я об этом обязательно выскажусь, однако вначале хотел бы выразить свое полное согласие с коллегами — отрасль действительно находится в опасности и остро нуждается в новом законе. Вы указали на проблему кадрового голода. Это действительно так. Невежды взяли охотоведов в кольцо. На них устроили облаву.

В РГАЗУ, по существу, единственном вузе, где готовили охотоведов заочно, одно время даже был прекращен прием и с выпуском устроили тарарам. По принципу, где хотите, там и защищайтесь и получайте свои дипломы.

Нынешний кадровый состав преподавателей, обучающий охотоведов, не отвечает требованиям этой специальности. Начиная с декана факультета, который не знает, как зарядить ружье, какой дробью стрелять зайцев, и в какое время суток клюет рыба, и что такое выходная шкурка.

А что такое учет охотничьих животных, для него темный лес. Эти люди уже забыли, да и не знают, что российская пушнина ценилась во всем мире во все времена. Ею расплачивались вместо золота. Вспомним великую войну, когда СССР расплачивался с США по ленд-лизу пароходами пушнины наравне с золотом.

Читайте материал «Посмотрите им в глаза: они уничтожают охотничье собаководство»

Диву даешься, когда относительно недавно пытались закрыть подготовку биологов-охотоведов в Кировском СХИ. Пришлось предпринять гигантские усилия, чтобы спасти здесь эту специальность. Все это происходит из-за ошибок высоколобого начальства, которое решает, что генералами могут командовать люди, занятые производством и торговлей табуретками. Дурной пример заразителен, так толкуют эти чудеса на русском языке.

Тоже происходит в охотоведении, когда законы для охотничьего хозяйства пишут не охотоведы, а юристы и экономисты, у которых в этом деле может быть только справочная и консультативная роль, а не решающая.

Поэтому Закон «Об охоте», кроме отвращения, у специалистов ничего не вызывает. А кадровый голод, по сути, отсутствие хорошо подготовленных биологов-охотоведов, разбирающихся в популяционной биологии и владеющих самыми современными методами мониторинга охотничьих животных, еще аукнется некогда «великой охотничьей державе».

— Андрей Борисович, весной в нашей газете Вы опубликовали материал, который назывался «Закон об охоте — разворот над Атлантикой?». Произошел ли «разворот»?

А.Б. Линьков, канд. биол. наук. Формально пока нет. Но в глубинной «тектонике» событий, если судить по некоторым формулировкам, которые мы обсуждаем, сдвиги, несомненно, произошли. Ведь в кольцо взяли не только охотоведов, как выразился коллега, а всю страну.

Через какое-то время, возможно, мы увидим и «формальные» результаты. Недавно наш президент весьма прозрачно намекнул на возможную подготовку нашего самого главного «партнера» к биологической войне с нами, включая и генетическое оружие. К чему бы это?

Тут уж речь может идти не только об «истощительности» ресурсов охотничьих животных, но и всего населения страны. Здесь без кардинальной реорганизации охотничьего хозяйства, включая и охотничью науку, без налаживания миграционного мониторинга не обойтись.

Согласен с коллегами — срочно нужен и новый национально ориентированный закон, подготовленный профессионалами. Прав коллега Рожков — переформатировать охотничью ведомственную науку можно и нужно уже сейчас.

Недавно один из вице-премьеров правительства открыто заговорил о возможном возврате к планированию.

Возрожденный Ученый совет при ведомственной науке с нашими выдающимися учеными-охотоведами в его составе мог бы вместе с департаментом, как мне представляется, очень оперативно расставить приоритеты и решить проблему планирования научных исследований в отрасли. Ведь отрасль буквально стонет в отсутствии срочных научно-методических наработок.

Читайте материал «Охотник — главный охранник природы»

Вместе с тем главным приоритетом, как справедливо заметил профессор Данилкин, должно стать принятие концепции нового закона и следующим этапом самого закона.

Со всей ответственностью надо указать на отсутствие в ведомственной науке госуправления охотничьим хозяйством адекватных инструментов, сил и средств, которые бы позволили успешно противостоять углубляющейся «истощительности и неэффективности».

Вместе с тем значительная часть этого «инструментария» разработана. Некоторые авторы ключевой части этих научно-методических разработок даже присутствуют сейчас на наших «посиделках».

Очень своевременным было бы принципиальное решение о прямом привлечении этих ученых к делу повышения эффективности российского охотничьего хозяйства, включая и организацию на постсоветском пространстве миграционного мониторинга. Вызовам, стоящим перед страной и охотничьим хозяйством, нужен адекватный ответ, а они беспрецедентно опасны.

От редакции. Наш президент постоянно напоминает о культурном и генетическом коде, который, кажется, еще совсем недавно очень органично входил в саму суть российской охоты и наполнял большим смыслом деятельность охотничьего хозяйства.

Страна, великая охотничья страна, гордилась им и справедливо считала охотника главным защитником природы на одной шестой части суши. Охотнадзор, как справедливо заметил В.И. Фертиков, по своей эффективности, учитывая наши гигантские территории, был лучшим в мире.

Отряд по охране сайгака, оснащенный уже в 60-х годах прошлого века рациями, проходимой техникой, приборами ночного видения и преданными своему делу профессионалами, сотворил чудо, сайгак стал промысловым животным.

В стране работали десятки тысяч общественных охотинспекторов с правом составления протоколов. Не давали проходу браконьерам студенческие дружины по борьбе с браконьерством.

Сейчас сайгак числится в Красной книге, и дело, как прекрасно понимает читатель, не в крайне специфичной биологии этого представителя мамонтовой фауны, одного из немногих еще сохранившихся.

Откровенные противники охоты становятся «отличниками охотничьего хозяйства», а талантливая студенческая молодежь «зеленеет» потому, что к решению очень непростых, но крайне острых проблем опромышляемого животного мира России ее просто не допускают.

Часто сама суть «охотничьего процесса» не становится предметом обучения, даже при подготовке охотоведов. Эти проблемы «засекречиваются», их обсуждение проходит непублично.

Читайте материал «Ловим окуня на мели»

Часто, как в случае «реформирования» ЗМУ, эта непубличность связана или с откровенной глупостью и непрофессионализмом, или, как неоднократно сообщалось в прессе, с коррупционными схемами.

Однако «секреты», «гуманность» и глупость очень быстро становятся достоянием охотничьей общественности, так как многие нормативные акты или ненаучны и непрофессиональны, или просто не работают. Но они «обязательны к исполнению», а за их неисполнение наказывают. Печальный итог — все охотничье хозяйство страны «истощительно и неэффективно».

Говоря о причинно-следственных связях сегодняшнего состояния охотничьего хозяйства, хотелось бы, чтобы в Федеральном собрании задумались о необходимости скорейшей замены ФЗ 209 как закона явно «истощительного и неэффективного», не отвечающего интересам страны и ее национальной безопасности.

Источники:

http://oxotnik-rybolov.ru/istorija-ohoty-v-rossii.html
http://www.nexplorer.ru/news__4656.htm
http://www.ohotniki.ru/editions/rog/article/2010/02/23/435373-istoriya-rossiyskogo-ohotnichego-hozyaystva.html
http://studwood.ru/1500175/pravo/istoriya_ohoty_rossii
http://eribka.ru/okhota/okhotniche-khozyaystvo-rossii-istoshhit

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять
Adblock
detector