1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Кто в лесу хозяин

Кто в лесу хозяин?

фото взято их Интернета

авторы В.Бландов и А.Жгутов.

Кто в лесу хозяин?
Быль.
Когда большая часть жизненного пути уже за плечами, есть о чём поговорить и что вспомнить со старым школьным товарищем. Если, конечно, есть такой школьный друг и товарищ по парте.
Несколько лет тому назад, читая районную газету» Звезда», я вдруг увидел заметочку Любы Чернушковой об активном участии в сельской самодеятельности гармониста Бландова Владимира. Вот так, исколесив полмира, спустя много лет после окончания школы, я вновь обрёл своего одноклассника.
Сейчас мы с Володей чуть ли не каждый день общаемся в Итернете, не запутываясь в его сетях. Однако, когда бывает возможность, то встречаемся в наших родных с рождения местах.
Как-то в 2016 году я заехал к Володе в его «летнюю резиденцию» в деревне Медвежье, Шекснинского района, где они с женой Галиной занимаются, исключительно для души и живота, и созерцания икебаны жизни, яблочно-цветочным огородничеством с картофельным уклоном.

Во время чайной церемонии в рукотворной беседке около дома мы разговорились о том, о сём и в частности, о нашем деревенском житье-«битье» в летнее время. Затронули вопрос и о том, что «без хозяина дом сирота», который постоянно в хозяйском догляде нуждается. Вот тогда-то Володя и поведал мне одну из своих историй, которая могла стоить ему жизни.
А дело было так:
— К 1989 году этот дом в Медвежье, принадлежащий матери жены Володи,основательно скособочился и всем своим видом требовал ремонта.
Время тогда наступало лихое, перестроечное, безденежное. А, как известно, любое дело требовало того, чего у простых людей всегда нет-денег.
Главные и первоочередные проблемы по началу ремонта дома Володя, худо-бедно, но решил. Выписал в лесхозе лес, потом в зимнее время с другом, моим одноклассником, Сергеем Саковым, вместе с их сыновьями, вырубили в лесу бревна. Трактором вытащили их из леса прямо к дому. В марте бревна окорили, а в апреле, как только растаял снег, он с двоюродным братом жены Славиком Касаткиным за два выходных дня сделали сруб в пять рядов с перерубом посередине. Дело оставалось за небольшим; заготовить в лесу мох для венцовых перекрытий, а затем, домкратами поднять дом, и подвести под него уже готовый сруб.
А далее Володя мне рассказал приключившуюся с ним в лесу историю:
-В конце апреля, когда в лесу снег растаял, я пошел искать место, где растет мох. Вначале зашёл в лес в местечко Лабутино, что недалеко от деревни Красново, но там мха не нашел. Пошел дальше в лес через польцо в Роденскую поскотину. Там в одном месте мох был, но выносить его до кромки леса оказалось очень далеко. Пошел дальше, места мне знакомые, пацаном ещё здесь грибы собирал. Лес конечно глухой и не все в него забирались. В лесу стояла тишина- птички ещё не пели.
Так не спеша, через Роденскую поскотину, которая переходит в Крутецкую выгороду, я дошел до старой вырубки, на которой уже молодые елочки выросли. По краям вырубки заметил несколько больших муравейников, некоторые даже выше человеческого роста. Иду спокойно дальше без какой-либо опаски. Только вышел я на вырубку, как неожиданно услышал страшный рев, а затем среди молодых елочек показалась медвежья морда. Он видимо после зимней спячки только-только из берлоги выполз.
Увидев ревущего зверя в каких-то пятнадцати метрах от себя с оскаленной пастью, сердце у меня в пятки ушло. Что предпринять, как спастись- нет решения. А между тем, четко понимаю, что бежать нельзя. Догонит моментально, за три прыжка, а там, как пить дать, сдерет скальп вместе с кожей и одёжей. Мелькнуло в воспаленном мозгу, на огромную ель рядом влезть, но опять же инстинктивно понимаю, что он меня и там достанет.
То ли от страха, то ли по интуиции, я тоже заорал что есть мочи, выломил толстый сук и начал им бить по веткам елки, не переставая при этом кричать. Медведь рычит и я ору. Он ни с места и я стою, как замороженный, а сам по сторонам смотрю; — куда мне бежать в случае, если он на меня пойдет. Вдруг вижу, метрах в трех- четырех в пожухлой траве лежит смятое ведро. Я схватил его начал стучать раз по ведру, а потом по веткам ели, не переставая при этом кричать. Это наше противостояние с ревущим медведем продолжалось минут пять, а может и больше. Для меня время как будто остановилось. Медведь, видимо ошалев от какофонии звуков, которые я создавал и моего орания, стал отходить как бы мне за спину, и при этом не переставал реветь. Я тоже начал осторожно продвигаться к дороге, продолжая стучать по ведру и по деревьям. Так я вышел к польцу и по кромке леса дошел до Лабутина. Когда выбрался на поле к деревне, только тут бросил ведро и перевел дух.
А медведь в это время тоже шел где-то рядом со мной и постоянно ревел, но на поле не вышел.
В это время года медведи голодные. Они начинают рыться в муравейниках, чтобы очиститься от паразитов, скопившихся на нём за зиму. Раньше так близко в этих лесах я никогда медведей не встречал. Правда, за полгода до этого, собирая грибы в местечке Гари, сквозь кусты, метрах в ста, солнечным днем видел тени бегущей медведицы с двумя медвежатами.
Выйдя из леса, я постоял немного, решая, что же дальше делать. За чем в лес пошёл того не нашел. Так в раздумьях, пройдя вдоль лабутинской опушки, пошёл уже по другой дороге через Крутецкую выгородку и дальше к деревне Астралиха, повернул направо к Лодыгинской выгороде и вышел к Березкину хутору, дальше на Рогалиху ( так называется местечко в лесу), Игнашкинскую , Селиванинскую и Пешковскую выгороды и так дошёл до Конной выгороды, которая недалеко от моей деревни Красново.
На моём пути мох мне попадался не один раз, но было далеко выносить. Нашел я подходящий мох в Конной выгороде, совсем рядом с дорогой.
После встречи с мишкой прошёл по лесу больше пяти километров, но палку, которую сломал при встрече с медведем я так и не выбросил.
Когда я рассказал деревенским мужикам об этой встрече, которые по осени работали на полях около Роденской выгороды, они сказали мне, что тоже видели медведицу с двумя медвежатами.
С той поры прошло много лет, но когда собираю грибы в тех местах, всегда ощущаю холодок под сердцем и считаю, что мне тогда очень сильно крупно повезло. Подобных встреч с хозяевами леса у меня больше не было и не дай Бог ни кому такой встречи.

Мы с Володей выросли в лесном краю и лес для нас с раннего детства стал своего рода учебником познания дикой природы. Конечно,встреча в лесу с таким смертельно опасным зверем и непредсказуемостью его поведения потребовала от Володи мгновенного, на интуитивном уровне, решения своих действий самозащиты,которые какафонией шумового эффекта и его криком ошеломили медведя и погасили его агрессивность.

Постскриптум много лет спустя.

Размышляя о благополучном исходе этой нежданной и опасной встречи моего друга с медведем, я вспоминал русские сказки и рассказы бывалых охотников, и даже почитал научные работы об особенностях жизни медведей.
И пришёл к выводу, что в данной ситуации медведь видимо не был готов к нападению на Володю. Для него встреча с человеком тоже оказалась неожиданностью. Рёв медведя,вызванный физиологическими особенностями его организма, перерос в рык в связи с неожиданной с человеком, и тоже явился защитной реакцией и предостережением.
Дело в том, что во время спячки кишечник медведя продолжает работать,но в замедленном режиме. Поэтому фекалии у животного накапливаются, но не в большом количестве, образуя «пробку».
Весна – самое голодный период для медведя. Он в это время питается в основном растительным кормом. До начала активного питания медведь сначала освобождается от этой плотной пробки, образовавшейся в прямой кишке в период зимней спячки. Поэтому, пробуждаясь, он ищет муравейники и поедает муравьев.
Вот тут Володя оказался совершенно прав в размышлении о весенней жизни хозяина леса. Именно на это, как рассказал Володя,указывало всё дальнейшее поведение зверя.

Грубая основа и муравьиная кислота способствуют косолапому освободиться от «пробки». А ещё в муравьях содержится цитраль (альдегид), высокоэнергетическая добавка, которая активирует протеины. При употреблении муравейников медведи также избавляются от паразитов, так как муравьиная кислота является хорошим средством защиты.
При освобождении от сухой «пробки» медведь нередко от натуги сильно ревёт, а выпуская газы ещё и громко пукает.
Вот я и подумал, что если бы Володя около муравейников оказался получасом позже, то вполне вероятно мог бы лицезреть картину « Мишка в муравейнике».
В этом же реальном случае Бландов по всей видимости застиг косолапого за его трудным занятием «по большой нужде».
Но как говорится; что было–то было, а чему быть-того не миновать. Слава Богу и самому Владимиру, что всё обошлось благополучно, оставив на всю жизнь у Бландова болезненную отметину.

Читать еще:  Обзор-тестирование Garmin Montana

Собираясь в лес, и стар и млад помните слова великого Пруткова Кузьмы Петровича:
«Будь настойчив в правом споре,
В пустяках уступчив будь,
Жилься докрасна в запоре,
А поноса вспять не нудь.»

Кто в лесу хозяин

Я никогда не задумывался о поведении зверя, кабана в частности. Мне казалось, оно достаточно примитивно и однообразно. Зверь боится человека, поэтому выходит на поле с опаской. Долго принюхивается, и если ничего не насторожит его, то вначале выйдет на край поля и уже затем, увлекшись едой, может ходить по всему полю. Заподозрив присутствие охотника, тихо уйдет и уже не вернется в этот вечер.

Так ведет себя одинокий кабан. Стадо всегда смелее, и подход его слышен издалека. Пауза перед выходом зверей на поле небольшая, и выходят они почти все сразу.

Но один случай изменил мое мнение о кабанах. Случилось это в год, урожайный на желуди. Мы с приятелем Алексеем взяли лицензию на кабана, но работа задержала наш выезд на охоту, и овес, посаженный егерем, кабаны и медведи подъели к нашему приезду. Отсидели два вечера впустую. Никто на поле не вышел.
Конечно, пустых охот не бывает. Осенний лес подарил нам прекрасные часы единения с природой. Какими прекрасными закатами мы любовались!

А как засыпает лес! Солнце зашло за макушки деревьев. Пробежал ветерок, прошелестел листьями, и все затихло. Напряженно вслушиваешься: не хрустнет ли ветка под копытом кабана, не закричит ли птица, вспугнутая зверем. Воображение рисует выход зверя, представляешь, как он подходит на расстояние уверенного выстрела, как под громкое чавканье осторожно поднимаешь ружье, наводишь на убойное место и плавно жмешь на курок.

И пусть кабан не вышел – ты все равно был на охоте, ты был частью леса, где чувствуешь себя не царем природы, а лишь ее малой частью.

Уезжая домой, мы выделили егерю средства на покупку машины картошки для подкормки кабанов.
Через неделю, уверенные, что кабанам не устоять перед вываленной на поле картошкой, приезжаем к егерю. Но нас ждало разочарование. Картошка не тронута. В чем дело? Где кабаны? А кабаны в это время предпочитали лакомиться желудями.

Егерь напомнил нам, где растут дубы и куда ходят кабаны. Как-то он нам показывал свое мастерство по вызову лося на реву. Лось в тот раз откликался, но не подходил. При подманивании быка больше слушаешь, чем манишь. Это позволило услышать, как на противоположном берегу реки свинья с визжащими поросятами кормилась желудями.

В это место мы и направились. Нашли брод, переправились и разошлись под разные куртины дубов. Лабазов там, естественно, не было, а при охоте на кабана хочется как-то быть повыше над землей. На мое счастье, бобры свалили большую осину, на которую я и взгромоздился. Были последние октябрьские теплые денечки. Ветра не было, светило солнце. Я снял сапоги, приготовил ружье, проверил фару и приготовился слушать лес. Пролетел косяк гусей. Утка за спиной шлепнулась в заливчик и, покрякивая, уплыла в камыш.

Под дубами било так чисто, как у хорошей хозяйки во дворе. Кабаны в поисках желудей весь мусор сгоняют на край. В тишине падающий желудь производит довольно громкий звук. Я думаю, этот звук помогает кабанам быстро находить дубы с созревшими желудями. Было еще светло, когда я услышал подход кабана. Он, не таясь, шел прямо под дубы. Подошел ко мне метров на пятнадцать. За высокой травой его не было видно. Почуяв меня, он недовольно заурчал. Честно сказать, причуять меня было несложно. Во-первых, я снял сапоги, во-вторых, у меня всегда с собой фляжка коньяка. Не потому, что я любитель выпить, а просто практика показала, что глоток коньяка снимает у меня спазм в горле лучше всего.

В тот вечер что-то особенно тянуло кашлять, и кабану легко было меня обнаружить. Он ушел спокойно, с достоинством, как хозяин, опять же, не таясь. С овсяного поля кабан уходит, как бы растворяясь, тихо и незаметно. Жаль было, что я его не увидел, а только слышал. Стрелять по неясно видимой цели и тем более на звук не в моих правилах.

Ну, ушел и ушел. Я же помню, что на этом месте была свинья с поросятами. Молодой поросеночек – тоже неплохо. Но кабан хотел желудей поесть первым и потому, когда стемнело, выбежал с шумом на тропинку и встал ко мне боком. Он хотел показать мне, какой он большой и сильный, и что мне нужно уйти из-под дубов. Он здесь в лесу хозяин! Это я к нему пришел.

На поле он приходит ко мне воровать и понимает, что за это наказывают. Отсюда и разное поведение. Для кабана история закончилась печально. Пуля, пройдя насквозь, задела сердце. Следы крови были с двух сторон. Пройдя метров тридцать после прыжка через упавшее дерево, он завалился.

Из его головы я сам сделал чучело. Теперь оно напоминает мне о смелом кабане, хозяине в лесу.

Кто в лесу хозяин?

Пошли мы как то со старшим братом в лес по грибы. Был погожий осенний день, мне двенадцать лет, брату – четырнадцать, суровые «охотники за грибами». Мы достаточно долго бродили по лесу, когда мне попалась большая россыпь лисичек, и я увлеченно начал их срезать. Неожиданно за спиной раздался треск, я обернулся и увидел, как прямо через кусты на меня выбежал … мой брат.

Лицо его было бледным, глаза широко раскрыты, он схватил меня за руку и бросился бежать.

Я едва успевая переставлять ноги, чудом не споткнувшись, бежал, не поспевая за ним. Весь наш путь был усыпан собранными грибами. Удалившись на приличное расстояние, мы остановились отдышаться.

— Что это было?! – спросил я.

— Лось.
— За тобой гнался?
— Нет конечно, просто шел по своим делам.

— Настоящий, живой лось?! А я не заметил! Что же ты мне не показал?! – пожалел я. Обычный городской житель, видевший лосей только в кино и мультиках, я жаждал зрелища и крутил головой по сторонам.

— Ты его не заметил – это ерунда, а вот он нас не заметил – это хорошо!

— Чего бояться? Это же лось, а не медведь или волк. Лоси же не хищники!

— Ты знаешь, что лось может с одного удара волка убить? Проверять его настроение — сильно рисковать здоровьем. Лось – это хозяин леса!

— А я думал медведь.

— Когда нет медведей, хозяин лось. Хотя и когда они есть, не известно кто сильнее. Лоси осенью очень злые, могут броситься, пошли в другое место.

Мне стало немного не ловко: мне брат жизнь спас, а я жалею, что лося не увидел. Мы еще походили по лесу и, насобирав полные корзинки грибов, вернулись домой.

Вот такая у меня состоялась удивительная встреча с хозяином леса — ни я его не видел, ни он меня.

Лось одинокослоняющийся не так опасен как лосиха с лосёнком. Разок классе в 8 м(1982г.) покормить решил, но от ломящегося через лес танка махом на осину влез. и там закрепился, но лосенок видать мамке сказал что я его травкой кормил и не обижал, осину она не стала валить 🙂 Тоже к стати недалеко от Заречного, в Истоке(УралНИИсхоз)

«А я вчера в лесу лося видел.. Правда не всего, говно только» (с)

«Когда нет медведей, хозяин лось»

Фраза просто огонь она сделала весь рассказ!

Зато все знают кто «Хозяйки леса»

где-то тут была гифка со снегоходом и лосём.

Мне кажется с такой хуйней лучше не рисковать, особенно детям

У лосей прекрасно развиты слух и обоняние, но очень плохое зрение. Например, человека, который находится в неподвижном состоянии, зверь не заметит даже с расстояния нескольких десятков метров. На людей лоси нападают довольно редко, тем не менее, если человек приблизится к молодым лосятам, то взрослые животные в ту же минуту бросятся на потенциального обидчика их детенышей. Лоси мгновенно разбегаются и бьют человека мощными рогами. Очень часть подвергаются нападению лосей охотники, которые смогли ранить животное. Раненый лось становится невероятно агрессивным.

Раненый лось становится невероятно агрессивным.

Я бы тоже разозлился)

Я как-то мелким гулял по парку и увидел клубок змей на солнышке. Родители довольно далеко, сидят на лавочке с какой-то женщиной, рядом бегает ее сын, мы оба мелкие, я еще в школу не ходил. Короче я одновременно обрадовался(змеи, живые!) и слегка испугался — слышал же про гадюк, мало ли, ядовитые. Прибежал к маме, рассказал про змей. Мне никто не поверил, пошли их искать так и не нашли, в итоге меня долго убеждали, что это ошибка, это корни такие были, а не змеи, мне показалось. Особенно упорствовал второй парень, который сначала носился крайне активно, но змей так и не нашел.

Читать еще:  Карась и карп осенью

В Сибири змеи теории водятся, но ни до, ни после я не видел ни одной не то что в парке, даже в лесу. Прошло 25 лет, прочитал пост ТСа вспомнил тех змеек. Или это были корни деревьев? Фиг его знает, тогда я был уверен, что видел змеек.

Я лет в 9-11 тоже видел змею, похожую на гремучую с телевизора, в трёх метрах от нас с братом в траве появилась, начала хвостом трещать, потом уползла за забор и потерялась в тыквах. И никто нам не верил. Хотелось вернуться и ужалиться об нее, чтоб все знали!:D

Они на рогах в лес уезжали, некого показывать)

Ой уж писец как страшно — лось.

Вон у нас в области по г. Заречному (к слову закрытый город, но лосям откровенно насрать) семейство лосей уже который год шарится и всем пох, все привыкли. Так только иногда жалуются, мол то кусты у школы обгрызли, то какую-то машину копытом пнули, то подслеповатую тетку бортанули.

Осенью у лосей гон, быки становятся очень агрессивными, так что брат ТСа всё правильно сделал.

Вот-вот, но люди видимо не в курсе совсем, вон размышляют в камментах какие лоси няшки, прямо дикие коровки. А то что эти махины по осени бьются насмерть всем пофиг. Мы однажды на осеневку приехали в сентябре, на пристани где мы лодку швартуем такая здоровая лесина есть, так вот какому-то быку она видимо показалась слишком дерзкой. Зрелище, конечно, не как после медведя в капкане, но тоже нормально так зверюга дерево пободала. Так что осенью ховайтесь от них.

Канеш, Вас лосями не испугать, вы там сами все мутанты))

Чё сразу мутанты-то?

Да не, наговаривают они. Какие мутанты так облучённые немного да фоните чуть чуть.

Угу, оно, родимое.

Вроде даже и не фонит, так, по ночам свети

На широкой-широкой сибирской реке выбирал старик сети, полные рыбой. Внук ему помогал.

Вот набили они лодку рыбой, закинули сети опять и поплыли к берегу. Старик гребёт, внук правит, вперёд глядит. И видит — плывёт навстречу коряга не коряга, словно бы пень, и на нём два больших, как у орла, каменных крыла. Плывёт и громко фыркает.

Испугался внук и говорит:

— Дедка, а дедка! Там что-то страшное плывёт да фыркает.

Старик обернулся, приставил руку к глазам, как козырёк, смотрел, смотрел и говорит:

— Это зверь плывёт.

Внук ещё больше испугался:

— Греби, дедка, шибче. Убежим от него.

А дед не хочет, говорит:

— Это зверь сухопутный, в воде он нам ничего не сделает. Вот я его сейчас запрягу.

И погнал лодку наперерез зверю.

Ближе да ближе, — внуку уже видно: не пень это, а большая горбоносая голова, на ней рожищи широкие, как крылья. Голова старого Лося-сохатого. Ростом он больше коня и сильный страшно, сильней медведя.

Ещё больше испугался внук. Он схватил со дна лодки поколюку-копьё, протягивает деду:

— Бери, дедка, поколюку, бей зверя крепче.

Не взял старик поколюку-копьё. Взял две верёвки.

Одну накинул зверю на правый рог, другую — на левый рог; привязал зверя к лодке.

Страшно зафыркал зверь, замотал головой, глаза кровью налились. А сделать ничего не может: ноги у него в воде болтаются, до дна не достают. Опереться ему не на что — и верёвок разорвать не может. Плывёт зверь и лодку за собой тащит.

— Видишь, — говорит старик, — вот нам и конь. Сам нас к берегу везёт. А убил бы я поколюкой зверя, нам с тобой пришлось бы его до дому тащить, из сил выбиваться.

И верно: тяжёл зверь, тяжелей лодки со стариком и внуком и всей их рыбой.

Фыркает зверь, плывёт — к берегу рвётся. А старик верёвками, как вожжами, управляет им: за одну потянет — зверь вправо повёртывает, за другую — зверь влево. И внук уже не боится зверя, только радуется, что такой у них конь в упряжке.

Ехали так, ехали старик с внуком, — вот уже и берег близко, а на берегу избушка их виднеется.

— Ну, — говорит старик, — давай теперь поколюку, внучек. Пора зверя колоть. Был он нам конём, теперь мясом будет — лосятиной.

— Обожди, дедка, — пусть ещё прокатит. Не каждый день на таких конях ездим.

Ещё проехали. Старик опять поколюку-копьё поднимает. Внук опять его просит:

— Не бей, дедка, успеешь. Будет нынче у нас сытный обед из лосятины. А перед обедом на водяном коне всласть покатаемся.

А берег уже вот он — рукой подать.

— Пора, — говорит старик, — натешились.

И поколюку-копьё поднимает. Внук за поколюку держится, не даёт зверя колоть:

— Ну ещё, ну хоть капельку ещё прокатимся!

Тут вдруг достал зверь ногами до дна. Разом выросла из воды могучая шея, спина горбом, крутые бока. Встал старый Лось во весь свой богатырский рост, упёрся ногами в песок, рванул.

Лопнули обе верёвки. Лодка о камни с размаху — трах. Опомнились старик и внук по пояс в воде.

Кругом только щепки плавают.

И лодки нет. И рыбы нет. И лосятина в лес убежала.

Кто в лесу хозяин

Я никогда не задумывался о поведении зверя, кабана в частности. Мне казалось, оно достаточно примитивно и однообразно. Зверь боится человека, поэтому выходит на поле с опаской. Долго принюхивается, и если ничего не насторожит его, то вначале выйдет на край поля и уже затем, увлекшись едой, может ходить по всему полю. Заподозрив присутствие охотника, тихо уйдет и уже не вернется в этот вечер.

Так ведет себя одинокий кабан. Стадо всегда смелее, и подход его слышен издалека. Пауза перед выходом зверей на поле небольшая, и выходят они почти все сразу.

Но один случай изменил мое мнение о кабанах. Случилось это в год, урожайный на желуди. Мы с приятелем Алексеем взяли лицензию на кабана, но работа задержала наш выезд на охоту, и овес, посаженный егерем, кабаны и медведи подъели к нашему приезду. Отсидели два вечера впустую. Никто на поле не вышел.
Конечно, пустых охот не бывает. Осенний лес подарил нам прекрасные часы единения с природой. Какими прекрасными закатами мы любовались!

А как засыпает лес! Солнце зашло за макушки деревьев. Пробежал ветерок, прошелестел листьями, и все затихло. Напряженно вслушиваешься: не хрустнет ли ветка под копытом кабана, не закричит ли птица, вспугнутая зверем. Воображение рисует выход зверя, представляешь, как он подходит на расстояние уверенного выстрела, как под громкое чавканье осторожно поднимаешь ружье, наводишь на убойное место и плавно жмешь на курок.

И пусть кабан не вышел – ты все равно был на охоте, ты был частью леса, где чувствуешь себя не царем природы, а лишь ее малой частью.

Уезжая домой, мы выделили егерю средства на покупку машины картошки для подкормки кабанов.
Через неделю, уверенные, что кабанам не устоять перед вываленной на поле картошкой, приезжаем к егерю. Но нас ждало разочарование. Картошка не тронута. В чем дело? Где кабаны? А кабаны в это время предпочитали лакомиться желудями.

Егерь напомнил нам, где растут дубы и куда ходят кабаны. Как-то он нам показывал свое мастерство по вызову лося на реву. Лось в тот раз откликался, но не подходил. При подманивании быка больше слушаешь, чем манишь. Это позволило услышать, как на противоположном берегу реки свинья с визжащими поросятами кормилась желудями.

В это место мы и направились. Нашли брод, переправились и разошлись под разные куртины дубов. Лабазов там, естественно, не было, а при охоте на кабана хочется как-то быть повыше над землей. На мое счастье, бобры свалили большую осину, на которую я и взгромоздился. Были последние октябрьские теплые денечки. Ветра не было, светило солнце. Я снял сапоги, приготовил ружье, проверил фару и приготовился слушать лес. Пролетел косяк гусей. Утка за спиной шлепнулась в заливчик и, покрякивая, уплыла в камыш.

Под дубами било так чисто, как у хорошей хозяйки во дворе. Кабаны в поисках желудей весь мусор сгоняют на край. В тишине падающий желудь производит довольно громкий звук. Я думаю, этот звук помогает кабанам быстро находить дубы с созревшими желудями. Было еще светло, когда я услышал подход кабана. Он, не таясь, шел прямо под дубы. Подошел ко мне метров на пятнадцать. За высокой травой его не было видно. Почуяв меня, он недовольно заурчал. Честно сказать, причуять меня было несложно. Во-первых, я снял сапоги, во-вторых, у меня всегда с собой фляжка коньяка. Не потому, что я любитель выпить, а просто практика показала, что глоток коньяка снимает у меня спазм в горле лучше всего.

Читать еще:  Идеальная гончая

В тот вечер что-то особенно тянуло кашлять, и кабану легко было меня обнаружить. Он ушел спокойно, с достоинством, как хозяин, опять же, не таясь. С овсяного поля кабан уходит, как бы растворяясь, тихо и незаметно. Жаль было, что я его не увидел, а только слышал. Стрелять по неясно видимой цели и тем более на звук не в моих правилах.

Ну, ушел и ушел. Я же помню, что на этом месте была свинья с поросятами. Молодой поросеночек – тоже неплохо. Но кабан хотел желудей поесть первым и потому, когда стемнело, выбежал с шумом на тропинку и встал ко мне боком. Он хотел показать мне, какой он большой и сильный, и что мне нужно уйти из-под дубов. Он здесь в лесу хозяин! Это я к нему пришел.

На поле он приходит ко мне воровать и понимает, что за это наказывают. Отсюда и разное поведение. Для кабана история закончилась печально. Пуля, пройдя насквозь, задела сердце. Следы крови были с двух сторон. Пройдя метров тридцать после прыжка через упавшее дерево, он завалился.

Из его головы я сам сделал чучело. Теперь оно напоминает мне о смелом кабане, хозяине в лесу.

Кто в лесу хозяин?

Лесной комплекс Красноярского края представляет собой до боли обидный контраст богатейших сырьевых запасов и неумения этими богатствами распоряжаться. Отчасти объяснение неумелому хозяйствованию можно найти в истории. До Столыпинской аграрной реформы лесопользование в Сибири пребывало в любимом русским народом состоянии − вольном. Каждый рубил, где хотел и сколько хотел.

Лишь в феврале 1894 года Императором России был утвержден Закон «О местном заведовании лесами в Иркутском генерал-губернаторстве». Организация и ведение этого дела возлагались на генерал­-губернатора. При нем учреждались должности вице­-инспектора корпуса лесничих, ревизоров и кондукторов лесоустройства, которым предписывалось выделить лучшие леса в заказники, организовать устройство лесов, в том числе приписанных к частным промыслам, заводам и фабрикам, изымать их из свободного пользования.

В 1897 году было образовано Управление государственных имуществ Енисейской губернии, все казенные леса перешли в его ведение.

По истечении ста с лишним лет развития лесного хозяйства края проблемы у отрасли, по сути, остались прежними: борьба с браконьерством, охрана лесов от пожара, восстановление лесных массивов, разграничение частных и государственных интересов.

В негласной борьбе за обладание богатством лесного фонда «одеяло» на себя перетягивают три основные структуры: государство, краевая администрация и частные предприниматели. Интересы у них разные, а проблема одна − несовершенное законодательство.

Основная функция Государственной лесной службы по Красноярскому краю − контроль над лесопользованием. Государственники строго чтут букву закона, борются с расхитителями лесных угодий, пожарами и насекомыми­-вредителями. В структуре службы − 56 лесхозов, крупнейшие из которых: Саяно­-Шушенский (общий запас древесины − 131 тыс. м 3 ), Большемуртинский (продуктивность леса − 170 м 3 на гектар, а там, где он спелый и перестойный, − до 224 м 3 ).

После «революционных» 90-х прошлого столетия лесхозы неожиданно столкнулись с новой бедой: государство пересмотрело свои взгляды на их финансирование. Причем не в лучшую сторону. Появились долгосрочные долги перед «лесным» народом и недвусмысленный намек на то, что пора бы и самим научиться зарабатывать. При каждом лесхозе существует цех по переработке древесины, где, в разных объемах, производится пиломатериал, оконные блоки, двери и незатейливая мебель. Но главная «фишка» федеральных лесхозов − исключительное право на госконтроль. Они напрямую взаимодействуют с фирмами и предприятиями по лесозаготовке, устанавливают штрафы и диктуют правила рубок, регламентированные «Лесным кодексом». Однако, несмотря на такое количество свободы, среди 56 лесных хозяйств вряд ли найдется хоть одно, удовлетворенное существующим положением дел.

Николай Федорович Пестриков, директор Саяно­-Шушенского лесхоза:

«Нет порядка в государстве. Вот и все. С периода перестройки наше хозяйство претерпело несколько реорганизаций. Названия менялись, финансирование менялось. Сегодня федеральный бюджет финансирует нас всего на 15 − 20%. Все налоги и зарплату своим сотрудникам платим за счет своих средств: осуществляем заготовку древесины, переработку. У нас небольшой цех. В 2003 году переработали 20 тыс. м 3 древесины. Но продукцию покупают плохо. В основном работаем на нужды местного населения. Экспортировать лес сложно. Железная дорога очень дорогая. Вот и ходим по замкнутому кругу. Чтобы навести порядок в лесной отрасли, нужно создать Министерство лесного хозяйства, принять разумный „Лесной кодекс“. За последние четыре года не принято ни одного хорошего закона».

Василий Васильевич Запевалов, главный лесничий Большемуртинского лесхоза:

«Основная проблема − недостаточное финансирование. Вторая − воровство. В зимний период мы расхитителей „поприжали“, а летом их очень много. Все делаем за счет собственных средств, даже лесохозяйственные работы: восстановление леса, пожаротушение, основную часть рубок ухода. У нас два цеха. Изготавливаем строительный брус, доски, дверные блоки, плинтус… В сельской местности покупательская способность низкая. Часть древесины везем в город, продаем заводам для более глубокой переработки. В год производим до 3000 м 3 пиломатериалов. Заготовка рубок ухода составляет 40 − 50 тыс. м 3 . При этом по сравнению с другими наш лесхоз живет более­-менее прилично. Уверен, пока государство не обернется к лесу лицом, ничего не изменится. Ждем „Лесной кодекс“, который уже получил немало критики: все в нем направлено на разорение лесов, бесконтрольную передачу лесных угодий в частные руки».

Виктор Гаврилович Юшков, директор Абанского лесхоза:

«Главная проблема − финансирование. Нам дали возможность деньги зарабатывать самостоятельно, но при этом обложили всеми видами налогов. Всего на 25% федеральный бюджет нас финансирует. Тонем в безденежье. Рубки ухода превращаем в пиломатериалы. Есть в лесхозе цех по переработке. Производим до 6000 м 3 пиломатериалов в год. Стабильного потребителя нет: кто приедет, тот и потребитель. Собственником лесов является государство. Собственник должен финансировать свое хозяйство».

Сергей Егорович Ильин, директор Манского лесхоза:

«Финансирование − вот наша проблема. Из федерального бюджета нам выделяют до 30%. Невозмещенными остались затраты на пожаротушение по прошлому году. Это порядка 130 тыс. рублей. Краевой бюджет не выделяет средства на лесовосстановление. Для полноценной работы нам требуется до 10 млн. рублей ежегодно: на охрану, защиту, восстановление лесов. При хозяйстве функционирует небольшой цех по лесопилению. Производим до 500 м 3 . В плане сбыта небольших объемов пиломатериала − проблемы нет. Но удаленность от Красноярска − 100 км − и старое оборудование не позволяют нам конкурировать с более сильными предприятиями­-переработчиками. В первую очередь, государству необходимо восстановить нормальное финансирование. Раньше у нас были льготы по налогообложению. А сейчас мы платим и налог на прибыль, и на имущество, с этого года будем платить налог на транспорт.

В администрации Красноярского края к жалобам лесхозов относятся скептически. По мнению чиновников, правила рубок в законодательстве составлены так, что можно найти массу лазеек, чтобы их нарушить. И федеральные лесхозы этим пользуются, обладая монополией на госконтроль. При этом они являются лидерами по лесозаготовкам: на их долю приходится до 1500 млн м 3 древесины.

Задача краевой власти − исключить возможность продажи древесины „черным налом“ и извлечение максимальной прибыли из лесных богатств в пользу краевого бюджета. Для этой цели принята „Концепция развития лесного комплекса Красноярского края на период 2004 − 2015 годов“. Ее основной принцип − производить глубокую обработку древесины на предприятиях края. Экспортировать готовый продукт, а не круглый лес. От тотального контроля перейти к системе сотрудничества с предпринимателями.

Изменится принцип проведения конкурса на право аренды лесных угодий, который сегодня напоминает аукцион: кто больше заплатит, тот и станет хозяином. Критерием выбора станет бизнес­-план, в основе которого построение безотходного производства по переработке древесины, а не банальная заготовка и экспорт леса. Задача­-максимум − создание вертикально интегрированной компании − холдинга − с участием краевой власти.

Сегодня в крае немало примеров тому, как можно заработать прибыль на переработке древесины. В числе наиболее успешных предприятий − Новоенисейский ЛХК, чья продукция − пиломатериалы, древесноволокнистые плиты, столярные массивные клееные плиты − пользуются большим спросом на мировом рынке. Ежегодно здесь перерабатывают до 1400 м 3 сырья. Продукция изготавливается в основном из ангарской сосны − лучшей, как это давно признано в мире, древесины.

На территории Красноярского края сосредоточено 15 процентов лесных угодий России. Есть, где разгуляться лесопользователям. Вопрос лишь в том, чтобы научиться использовать дары природы рационально и с умом, как и положено настоящим хозяевам».

Источники:

http://www.proza.ru/2017/01/05/1698
http://www.ohotniki.ru/archive/article/2013/01/01/637574-kto-v-lesu-hozyain.html
http://pikabu.ru/story/kto_v_lesu_khozyain_4891609
http://www.ohotniki.ru/archive/article/2013/01/01/637574-kto-v-lesu-hozyain.html
http://lesprominform.ru/jarticles.html?id=1822

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять
Adblock
detector