1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

История об опытных волчатниках

История об опытных волчатниках

В 1986 году, окончив пятый курс Всесоюзного сельскохозяйственного института, я устроился на работу в Госохотинспекцию при исполкоме Мособлсовета и был направлен на работу в Талдомский район Московской области охотоведом. Здесь уже работал Александр Михайлович Фокин, опытный сотрудник, и под его руководством я должен был освоить работу госохотинспектора.

Волки принадлежат к социальным животным, они образуют стаи. Количество животных в стае в России находится в прямой зависимости от географического региона. ФОТО 19STEFAN97 ND/FLICKR.COM (CC BY-ND 2.0), SHUTTERSTOCK.COM

Место охотоведа было определено в небольшом домике конторы Талдомского общества охотников и рыболовов МОООиР.

Это было очень удобно, так как обеспечивало тесный контакт с работниками хозяйства и членами общества.

Работа меня увлекла, и замелькали трудовые будни: встречи в охотколлективах, рейды по борьбе с браконьерством, открытие летне-осенней охоты.

Как-то в сентябре, с утра, пришлось заниматься подготовкой документов к месячному отчету, и мы с моим старшим напарником опрашивали егерей, заполняли бланки, обсуждали итоги.

В контору зашел молодой охотник Николай Покин и вывалил из рюкзака на пол серую шкуру.

— Вот, Михалыч, волка я подстрелил…

Все присутствующие собрались вокруг Николая, стали его поздравлять, расспрашивать, растянули шкуру, удивляясь такому случайному везению. Фокин тоже подошел, пощупал волос на шкуре и вынес вердикт:

— Самец. Большой. Года четыре.

Егеря насели на Михалыча, мол, давай готовь справку на отстрел волка и оформляй человеку премию.

— Рассказывай, как тебя угораздило? — обратился тот к охотнику.

— Да вот стоял сегодня на утренней зорьке, на перелете, уток ждал, а он выскочил на бровку карты и набежал на меня.

— Так, — Михалыч пальцем потыкал в дырку на шкуре, — стрелял-то чем?

— Кругляком. Да там недалеко было, метров тридцать пять.

— Ну, присаживайся, — Александр Михайлович достал бланк протокола и заполнил шапку.

Все удивленно смотрели на него, а он невозмутимо произнес:

— Все должно быть по закону. Часть 3, пункт 14,6 гласит: «Ношение во время охоты патронов, снаряженных пулями, за исключением случаев, когда проводится охота на крупных копытных зверей, является нарушением правил охоты».

Охотник получил премию, из нее заплатил штраф.

Борис Васильевич Кошелев — старейший охотник-волчатник Талдомского района Московской области.

Так я узнал, как проводится работа в Талдскомском районе по борьбе с волками.

Талдомский район находится на севере Московской области. Его территория порядка 147 000 гектаров. Лесные массивы, поля, болота — благоприятные условия для обитания охотничьих животных.

Поголовье лося числилось за отметкой трехсот штук, кабана — около шестисот. Водились заяц, лисица, норка, бобр, енотовидная собака и другая более мелкая зверушка, из охотничьих птиц — глухарь, тетерев, вальдшнеп, утка, пролетный гусь. Всего хватало.

В районе Спас-Угла каждый год наблюдался медведь. Естественно, для волка места тоже было достаточно.

По поводу этого представителя семейства псовых всегда существовало и существует два мнения: волк — это санитар леса и волк — это безжалостный хищник. Первое суждение про санитара (волки, мол, подбирают больных и слабых, тем самым сохраняя здоровую популяцию животных), — великое заблуждение.

Поведение волка, все его повадки выдают в нем машину для убийства и оправданы только стремлением к продолжению рода, к выживанию. Нередко можно слышать: «Волк зарезал». И действительно, его челюстной аппарат устроен так, что при закрывании пасти зубы расходятся и режут плоть, как ножницы.

Волк очень прожорлив: за один раз может съесть до 20 кг мяса. Он необычайно умен, вынослив, силен и коварен. Наблюдения за ним в течение 25 лет только подтвердили это.

ФОТО ВАЛЕНТИНА ЛЕБЕДЕВА.

Район по зонам охот на волков можно разделить на три части. Это северо-восточная зона, деревня Кошелево, где охотами руководил опытнейший егерь Евгений Вениаминович Лебедев; затем центральная зона, город Талдом, где руководителем охот был Евгений Васильевич Белоусов; и восточная зона, деревня Нушполы.

Здесь организацией охот занимался егерь Владимир Иванов с охотниками Борисом Кошелевым и Владимиром Чувиковым.

В начале января этого года мне удалось встретиться со старыми волчатниками, побеседовать с ними, повспоминать охоты на волка, посмотреть старые фотографии. И вот что рассказал мне Евгений Васильевич Белоусов.

Для борьбы с волками в 1978 году была создана мобильная группа из шести – восьми человек. В ее арсенале было около 15 км флажков, три рации (мобильных телефонов тогда не было). Талдомское автотранспортное предприятие обеспечивало нас машиной. Директор АТП Марк Михайлович Липанов был заядлым волчатником и почти всегда участвовал в охотах на серого.

Волки заходили из Тверской области и почти сразу, если их не удавалось перехватить в обходе егеря Жени Лебедева, устраивали переполох в центре охотхозяйства. То лося зарежут, то молодых совхозных телок погоняют.

Большой урон приносили поголовью кабана. Как только обнаруживались следы волков, а для этого отслеживались почти все центральные дороги района, на место выезжали два-три человека и определяли местонахождение хищников.

К ним присоединялись еще охотники, зафлаживали волков и уже потом подтягивались все, кого можно было собрать.

ФОТО СЕРГЕЯ КУЗНЕЦОВА

Охоты проводились быстро и эффективно. Конечно, иногда волки уходили: то матерый прорывался за флажки, то молодой охотник пропускал волка и не стрелял. Потом оправдывался, говорил, что, что мол, испугался. Был случай, когда седьмого марта затянули круг уже поздно ночью.

В окладе была стая из семи особей. Шуметь не стали. Приехали утром, Восьмого марта прошли вдоль флажков и заметили, что волки уже подходили к ним. Потихоньку расставились, и один человек пошел в круг. Все семь волков были убиты. После каждой охоты проводили разбор полетов, анализировали ошибки.

Материал для флажков брали на предприятии «Юность», которое занималось пошивом детской одежды. Усовершенствовали рамки, на которых наматывали флаги. Вертикальные планки укрепляли под углом. Верх делался шире, низ уже. Так легче было разматывать.

На случай нехватки флажков готовили плакаты, то есть отдельные флаги, не скрепленные бечевкой. Их развешивали дополнительно или в ненадежных местах, или там, где флажков не хватало. Изучали методы облавных охот в других областях, помогали с отстрелом волков в соседних хозяйствах. До четырнадцати штук убивали за сезон.

Евгений Васильевич достал с полки серую шапку и сказал:

В прошлом году он справил свой 80-летний юбилей. И под конец разговора неожиданно поведал:

— Вот теперь занимаюсь вышивкой, — и показал на стену, где в деревянной рамке на полотне висел вышитый серый волк.

Государственная программа борьбы с волками разрешает использование охотниками снегоходов при отстреле хищников. ФОТО СЕРГЕЯ КУЗНЕЦОВА

Бориса Васильевича Кошелева только что выписали из больницы. Здоровье стало подводить, как никак уже 83 года. В деревне Нушполы у него небольшой еще крепкий дом.

— Давай, Валентин, посидим на террасе, — предложил Кошелев. — Здесь посвежее и реку видно.

Из окна была видна пойма реки Дубна. На мою просьбу рассказать про волков ответил:

Читать еще:  Заяц-русак: восстановить численность

— Будто сам не знаешь? А так смотри: пойма перед тобой. Еще пацаном с мужиками туда лошадей в ночное водил. Серые, бывало, налетали, дядя их стрелял. Овец они резали до десятка. Двух утащат, остальных бросят — жадные были до крови.

Требования к катушкам для намотки флажков: выдерживать падения на морозе, удобство и легкость при транспортировке, обладать низкой себестоимостью. ФОТО SHUTTERSTOCK.COM

У Бориса Васильевича дядька был егерем, и весь охотничий опыт Борис перенял от него. Про повадки волков старый охотник рассказывал с упоением: как правильно зафлажить хищников, где расставить стрелков…

— Разматывай катушки в стороны от входного следа и сразу ставь здесь стрелка.

Ложится волк в чащобнике, носом к югу, к теплой стороне. Так он больше запах чувствует. И бежит сразу на юг, если ветер не сбивает запахов. Это уже потом, после выстрела, они разбегаются кто куда.

Вовка Иванов, егерь наш, салага еще был. Не понимал ничего. Все спрашивал, что да как. Мы его с Володей Чувиковым натаскали. Теперь разбирается, понимает что к чему. Да и ему уже за 60. Опытный! Помню, прибежал:

— Дядь Борь, пара за Нушполкой лося завалила и ушла в вырубки. Что делать?
Говорю:

— Беги за Чувиковым!

А сам флаги с печки достал, лыжи, ружье в охапку и побежали обкладывать. Зафлажили уже по-темному. Километров семь получилось. Хотели с утра прийти, а потом подумал: луна яркая, видно все, попробуем толкнем…

Я на входном встал, Чувиков на перекрестке просек, а Иванов тихонько крикнул с противоположной стороны. Светло, тени от деревьев черные. Смотрю — катит, тень впереди бежит. И второй за ним. Подпустил и по заднему выстрелил.

Первый куда денется-то? А первый ну бежать. По нему стрельнул — ткнулся мордой в снег и понесся к Володе. Чувиков, конечно, не пропустил… Ну что тебе еще рассказать? Коварные звери.

Помнишь, в Апсареве корову с лосенком погубили, лосихе ноги пооборвали, а телка сожрали? Появляются они в основном, когда гон начинается, а с осени так, одиночки забегают. Заходят обычно из Тверской, уходят, через реку, в Загорский район.

История об опытных волчатниках

В 1986 году, окончив пятый курс Всесоюзного сельскохозяйственного института, я устроился на работу в Госохотинспекцию при исполкоме Мособлсовета и был направлен на работу в Талдомский район Московской области охотоведом. Здесь уже работал Александр Михайлович Фокин, опытный сотрудник, и под его руководством я должен был освоить работу госохотинспектора.

Место охотоведа было определено в небольшом домике конторы Талдомского общества охотников и рыболовов МОООиР.

Это было очень удобно, так как обеспечивало тесный контакт с работниками хозяйства и членами общества.

Работа меня увлекла, и замелькали трудовые будни: встречи в охотколлективах, рейды по борьбе с браконьерством, открытие летне-осенней охоты.

Как-то в сентябре, с утра, пришлось заниматься подготовкой документов к месячному отчету, и мы с моим старшим напарником опрашивали егерей, заполняли бланки, обсуждали итоги.

В контору зашел молодой охотник Николай Покин и вывалил из рюкзака на пол серую шкуру.

— Вот, Михалыч, волка я подстрелил…

Все присутствующие собрались вокруг Николая, стали его поздравлять, расспрашивать, растянули шкуру, удивляясь такому случайному везению. Фокин тоже подошел, пощупал волос на шкуре и вынес вердикт:

— Самец. Большой. Года четыре.

Егеря насели на Михалыча, мол, давай готовь справку на отстрел волка и оформляй человеку премию.

— Рассказывай, как тебя угораздило? — обратился тот к охотнику.

— Да вот стоял сегодня на утренней зорьке, на перелете, уток ждал, а он выскочил на бровку карты и набежал на меня.

— Так, — Михалыч пальцем потыкал в дырку на шкуре, — стрелял-то чем?

— Кругляком. Да там недалеко было, метров тридцать пять.

— Ну, присаживайся, — Александр Михайлович достал бланк протокола и заполнил шапку.

Все удивленно смотрели на него, а он невозмутимо произнес:

— Все должно быть по закону. Часть 3, пункт 14,6 гласит: «Ношение во время охоты патронов, снаряженных пулями, за исключением случаев, когда проводится охота на крупных копытных зверей, является нарушением правил охоты».

Охотник получил премию, из нее заплатил штраф.

Так я узнал, как проводится работа в Талдскомском районе по борьбе с волками.

История об опытных волчатниках

Из рассказов старого охотника

Волки всегда идут только по тропе, и только след в след. Не загрязняют своим запахом пространство, не пугают множеством следов животных, которых ищут или преследуют. Сбивают с толку охотников малым вроде бы числом стаи. Зимой я редко охотился на серых хищников. В холодное время на богатые трофеи рассчитывать не приходится. Если зима снежная — плохо коню: тяжело идти, корма мало. Если малоснежная — следов на стылой земле не остается.

Зимой я ставил капканы. Я знал, что звери непременно возвратятся, где убили крупное животное, где растерзали овец. Они обязательно приходят на место бывшей сладкой трапезы. На месте бывшего разбоя, точнее вокруг него (от центра в радиусе метров пять-шесть) ставлю четыре капкана. Подкоп, чтобы зарыть крепежный штырь, делает осторожно. Лишнюю свежую землю уносил в мешке и высыпал далеко в стороне. Прочный провод капкан прикрывал сухими листьями кустарников, травой, землей.

Волк отлично чувствует запах не только человека, но и железа и свежей землей. По меньшей мере, полусуток надо чтобы выветрились не свойственные этому месту запахи. Несколько кусков мяса разбрасываю в середине «оцепленного » капканами круга. И непременно пару кусков оставляю на главной тропе, по которой должны идти хищники.

Занепогодило как-то, три дня не смог навестить свои ловушки зверолов. А пришел — картина его не удивила. Вокруг — волчьей шерсти с кусками кожи, некоторые части крупных костей ног и головы да кишки. Вот все, что оставила стая от собрата, попавшего в железные клещи. В другой раз в другом месте степняк наблюдал совсем иное — зажатую в капкан лапу. Перегрыз себе ногу мужественный зверь. Ушел на трех. Нам трудно представить его самообладание. Люди на такое не способны. Что примечательно. Волк, попав в смертельно зажавшие его ногу тиски, мучается долго, стараясь освободиться изо всех сил. Не меньше суток ведет борьбу за жизнь. И только тогда понимает тщетность желания и возможностей вырваться на свободу. Обессиленный, смертельно измученный, но не потерявший силу духа решается на крайнюю меру отгрызает защемленную часть ноги. А что интересно, они не уходили далеко от мучившегося члена своей стаи. Их изводили стенания, но помочь никак не могли, разделяя боль близкого. Ему отвели сутки. Время истекло. Собрат оказался слабым, трусом, не хватило ему мужества перегрызть себе ногу. Ему выносится приговор через …съедение. Как говорил, мой учитель, Джумажан Турегалиев: «Хочешь волка поймать капканами, проверяй их через сутки. Дольше не придешь — будет поздно. Труд твой напрасный. Шкуру не сдашь, барана, значит, в награду не получишь. Для нас это — те же деньги. Бесполезным делом люди не должны заниматься».

Читать еще:  Россиянам хотят снова разрешить собирать валежник и сухие ветки

Чаще всего, Бурхан Ниткалиевич останавливался на ночлег у чабанов, пастухов, табунщиков. Хорошо знали его в большой степи многие, если не все. А если не были знакомы лично, то премного наслышаны о спасителе своих стад. Потому все без исключения радовались встрече с ним. Такой день — праздник в семье степняков. Гость дорогой в доме.

К вечеру, когда основной накал работ животноводов спадал, хозяйка накрывала достархан с национальными блюдами. Долгая беседа скрашивала жизнь степных аборигенов, не избалованных обществом, гостями. Да еще такими, которые непременно избавят их от постоянной головной боли-нападения (чаще ожидания нападения) серых разбойников на единственный источник их существования — на домашний скот.

Но даже за обильным столом ему вроде бы чего-то не доставало. Он знал, чего. Мысли его были там, в степном безбрежном океане. Вытерпеть не мог. Перед сном непременно уходил метров на 200-300 от кошары, садился на бархан и слушал степь. Живая она. А слышались ему, в первую очередь, голоса его друзей.

Бурхан-ата в совершенстве знал музыку волчьего воя. Без труда, без заминки расшифровывал разговор, вой — пение серых разбойников. И на завтра уже точно знал, в какую сторону пойдет, какого певуна возьмет. Уважал он своих врагов. С ними по-умному в борьбе надо добиваться превосходства. Перехитрил — получил удовлетворение.

На заданный нами вопрос, было ли жалко убивать волков, он однозначно ответил нет. Волки — это беспощадные и коварные животные, при нападениях безжалостно убивают свою жертву, принося большой урон животноводам. Но в то же время им нужно отдать должное. Он прекрасно понимал, что волки-санитары, врачи степи. Польза от них несомненна, хоть дикие, хоть домашние животные, зная, чувствуя присутствие хищников, активно мобилизуют свой потенциал. Они становятся подвижнее, здоровее, их меньше одолевают болезни. Опасность дисциплинирует, заставляет находиться постоянно в форме. Ибо слабые и больные — первая добыча преследователей-хищников.

Достойнее всех других животных принимает смерть волк. В этом убеждался многократно. Невыносима порой боль после тяжелого ранения, скулит жалобно, но подходит охотник — и вмиг зверь забывает о боли. Он готов ринуться на извечного врага своего. Нет, не переворачивается лапами вверх, как иногда собаки. И глаз не отводит, хотя, наверняка, чувствует, что смерть неминуема, когда охотник заносит кинжал или поднимает ружье, чтобы в упор пристрелить. От страха трусливо не убегает. Волк — крепкий, поразительно выносливый, очень сильный. Иногда, в схватке с серым волком Бурхан-ата был на краю смерти.

«В охоте на волка большая вероятность превратиться в жертву» — профессиональный волчатник

Сб 9 ноября 2019, 02:20:31

Какой опасности подвергается охотник при выслеживании хищника зимой, рассказал опытный промысловик.

Зимняя охота на волка давно превратилась из разряда удовольствия, в необходимы меры, связанные с возрастанием популяции серых хищников.

Однако такая охота, как утверждают профессионалы, очень опасна тем, что легко можно превратиться из охотника в жертву дикого зверя. Подтверждением этому служит рассказ опытного волчатника, который поделился своим взглядом на кровавое ремесло.

Как отмечает охотник, в последнее время сильно распространились различные животноводческие хозяйства, располагающиеся в основном в отдаленной сельской местности. Летом волчьи стаи стараются близко не подходить к человеческим владениям. Но зимой начинает свирепствовать голод, и это заставляет волка смотреть на домашний скот, как на средство пропитания.

В декабре опытные волчатники объединяются в группы, к которым присоединяются многие любители, чтобы под «командованием» профессилоналов приобрести навыки выслеживания дикого зверя. Однако даже это не гарантирует новичку безопасной охоты.

Вожак серой стаи очень опытный стратег. Под его управлением остальные особи устраивают ловушки, которые не под силу сразу распознать даже волчатникам со стажем. От момента атаки до убийства жертвы такой стаей порою хватает пары минут, после чего добыча утаскивается в так называемый «холодильник» — места в холодных низинах и оврагах. По таким «холодильникам» и выслеживают волка.

Как правило, охотничья компания имеют в использовании современные снегоходы, на которых и происходит «загон» зверя. Однако даже современный транспорт не гарантирует успешной охоты. Волк, уходя от преследования, может двадцать км бежать без остановки, запутывая при этом следы и затем неожиданно пропасть из вида.

А пустя пару секунд оказаться позади преследователей и совершить прыжок в надежде вцепится в охотника. Учитывая, что укус волка, даже раненого, смертелен, только точный выстрел может спасти жизнь.

Побрызгать на ветки кровью. Как спецназ охотится на зверей при помощи хитрых ловушек

Рекомендации бойцов спецподразделений по отлову диких животных без стрельбы.

Волчья охота: реальная история, рассказанная одним бывалым охотником

Итак, еще во времена Советского Союза мой отец решил отправиться на заработки в Сибирь, где тогда платили действительно хорошие деньги. В тайге он познакомился с одним из местных парней – Павлом. Вместе валили лес, вместе проводили свободные вечера после работы.

Казалось, что эта дружба будет вечной. Но потом жизнь их развела – отец вернулся в Москву, какое-то время еще переписывались, а затем, как это часто бывает, связь оборвалась. И вот уже в начале 2000-х годов отец неожиданно снова встретил Павла – тот по каким-то своим делам приехал в столицу.

Ну, встретились, обнялись, похлопали друг друга по плечу, начались обычные разговоры: как жизнь, как дела и все такое. И тут отец заметил, что у Павла на правой руке не хватает двух пальцев.

Конечно, он спросил, что случилось. Тот немного замялся. А потом рассказал отцу следующую историю. Только предварительно попросил отнестись к рассказу серьезно и не принимать его за сумасшедшего.

Оказывается, когда отец мой уехал из Сибири, через пару лет туда приехал какой-то, как сейчас говорят, олигарх. Он взялся за дело, организовал здесь хозяйство, купил технику, скотину, нанял работников.

Местные шли к нему работать не то чтобы с радостью, но это обещало стабильный заработок, что было по тем временам очень и очень неплохо.

Характер у нового хозяина был тяжелый, за малейшую провинность можно было лишиться работы, поэтому люди, хоть и поругивали его между собой, но терпели.

Да вот незадача – вскоре коровы из хозяйства начали пропадать. Подозрение пало на волков, потому что останки несчастных животных часто находили в лесу. Олигарх этот совсем взбесился, объявил в деревне, что готов платить большие деньги за голову каждого убитого хищника.

Конечно, все мужики с радостью ухватились за эту возможность дополнительного заработка. Вот и Паша тоже в стороне не остался. В селе даже организовалось две команды, которые соревновались между собой – кто больше убьет волков.

Результаты подсчитывались ежедневно, а проигравшие должны были выставить победителям несколько бутылок водки.

Читать еще:  ОКУНИ ПЕРВОЛЕДЬЯ

Команда, в которой был Павел, решила наверстать свой проигрыш, для чего договорились вечером, что с утра встанут пораньше и уйдут подальше в лес.

Так и сделали – отправились на охоту буквально с рассветом. Уже в первые часы сумели подстрелить парочку волков, а затем словно отрезало – несколько часов бродили по тайге, но волки больше не попадались.

Выбрали полянку, присели отдохнут и перекусить тем, что запасли из дома. Только расположились, как из-за большого камня¸ что был на краю поляны, вышел довольно крупный волк и зарычал на людей.

Это было странно, потому что обычно волки при виде человека норовят скрыться с глаз. Павел схватился за ружье и уложил хищника метким выстрелом в голову. Закончили обед, а волка решили забрать на обратном пути – не тащить же с собой тяжелую тушу.

К вечеру подстрелили еще двоих, и Павел решил вернуться за своей добычей. Вышел на знакомую поляну – и сердце у него замерло – вокруг мертвой волчицы копошилось трое маленьких волчат, искали соски с молоком, чтобы поесть.

Павел-то остановился, а вот мужик, что шел за ним, не был особенно сентиментальным, выхватил дробовик и выстрелил в малышей. Да еще радовался – пусть и маленькие, но тоже вроде как головы. Лишние деньги никогда не помешают.

Тут Павел опомнился, бросился к волчатам – один был жив еще. Истекая кровью он даже не скулил, умирал молча у него на руках и только своими черными глазками не мигая смотрел в лицо человека. Затем закрыл глаза, лизнул Павлу руку, вытянулся и затих.

Даже когда Паша рассказывал эту историю, он не смог удержаться от слез. А тогда он просто начал орать на мужика, словно бешеный, Кричал, что тот застрелил ребенка, невинного малыша, что даже звериные дети, это только дети, что нужно иметь сердце и все такое…

Накинулся на своего товарища по охоте с кулаками, начал бить его прикладом ружья, которое так и держал в руках… Тут другие мужики на шум подоспели, схватили Павла в охапку – тот продолжал еще некоторое время вырываться и кричать все, что он о них думает, вел себя словно бешеный.

Потом успокоился немного, но так и не позволил бросить еще теплые трупики малышей в общую кучу. Пригрозил, что если только до тронутся до волчат, то перестреляет всех.

Мужики видят такое дело, что он не в себе, плюнули, повернулись и пошли – оставили его в лесу одного с мертвыми волками.

Павел только рад был этому. Он вырыл яму, вроде могилы, положил туда волчицу и ее убитых детенышей, закопал, сделал холмик, как полагается, а потом еще несколько часов, пока не стемнело, сидел там, плакал и просил прощения у матери с детьми.

Вернулся домой только к полуночи и с этого дня завязал ходить на волчью охоту. Уж больно кровавыми оказались эти деньги, не смог Паша себя пересилить и на них позариться.

Шли годы. В деревне совсем плохо стало с работой – а семью каким-то образом кормить нужно. И вот однажды зимой Павел отправился на охоту – думал птицу подстрелить, зайца или там – оленя, как уж повезет. Но вот незадача, хоть и бродил он по тайге с утра до вечера – так и не сумел найти какую-то живность.

А к вечеру совсем худо стало – ветер поднялся, небо заволокло, снег повалил, началась снежная буря. Плохо в такое время в лесу – нужно было быстрее на дорогу выбираться, да домой, вот только снег был таким густым, а ветер таким сильным, что даже глаза разлепить можно было с большим трудом.

Определить же, где находишься – и в овсе не было никакой возможности. Тут Павел почувствовал, что начал замерзать, еще немного, он опустится в сугроб и останется в нем навсегда.

Зимой с тайгой шутки плохи, такие случаи, когда охотники не возвращаются домой – совсем не редкость. Решил бороться за свою жизнь сколько хватит силы, понадеялся на свою интуицию, на то, что сумеет хотя бы правильно выбрать направление к дому.

Шел так часа два или три – а может и меньше, в таком состоянии минута может часом показаться. Но, в конце концов, силы покинули охотника, а еще до него дошло, что он все-таки заблудился. С этой мыслью ушла и последняя надежда.

Павел опустился на снег, устроился на нем поудобнее и приготовился к смерти. Постепенно перестал чувствовать руки и ноги, и лишь только время от времени открывал глаза, чтобы еще раз посмотреть на окружающий мир на прощание.

Когда открыл их в очередной раз, то увидел над собой волчью морду. Почему-то сразу вспомнил ту волчицу – он мог поклясться, что это была именно она, и Павел ничуть не удивился, когда увидел рядом с ней трех маленьких волчат.

Не удивился, но и не испугался. Подумал: ну, если сейчас сожрут, то совершенно правильно, он это вполне заслужил.

Волки, между тем, повернулись и пошли прочь, по направлению к ближайшему холму. Поднялись на него и скрылись за его вершиной. Смотрит Павел, а с холма к нему спускаются другие волки – много, целая стая. Он уж совсем смирился с тем, что сейчас его сожрут.

Хоть ружье и было рядом, понимал, что сил нет до него дотянуться. Волки между тем подошли к нему, окружили со всех сторон. Один забрался сверху и лег на человека, другие с боков прилегли, к ногам, к голове.

Павел оказался как бы внутри кучи из живых волков, которые согревали его своим теплом. Вот уже и боль в теле появилась – верный признак того, что кровообращение восстанавливается. А еще она была подтверждением того, что Павел не спит и не бредит.

Волки действительно спасали его – они пришли к человеку специально для этого. Но – как? Почему? За что? Неужели это разумные существа?

Павел не сумел думать эту мысль – сон все-таки одолел его. Проснулся он, когда солнце уже светило вовсю – разбудили его крики мужиков, отправившихся на поиски.

Павел приподнялся на локте и увидел, что весь снег вокруг него покрыт волчьими следами. Кое-как он смог подняться на ноги и пошел навстречу мужикам. Он был жив, и это было самым главным.

Вот только два пальца на правой руке отморозил – их пришлось ампутировать. Указательный и средний – как раз те, что используются при охоте из ружья. Больше Павлу из него никогда не стрелять – но он об этом совсем не жалеет.

Tue, 25 Jun 2019 22:44:50 +0300

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс Дзен , чтобы читать наши прогнозы о важных событиях дня!

Источники:

http://www.ohotniki.ru/hunting/societys/societys/article/2018/03/03/650647-istoriya-ob-opyitnyih-volchatnikah.html
http://vk.com/@tiptaldom-istoriya-ob-opytnyh-volchatnikah
http://studbooks.net/1319775/meditsina/rasskazov_starogo_ohotnika
http://www.vladtime.ru/polit/army/736102
http://www.astromeridian.ru/news/volchya_ohota.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять
Adblock
detector