1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Этика охоты на селезней

Этика охоты на селезней

Охотничья этика

Охотничья этика — это прежде всего манера поведения, продиктованная бережным отношением к природе и ее богатствам, любовью к охоте, уважением к товарищам по охоте.

Охотничье законодательство в значительной степени лимитирует использование для добычи дичи моторных лодок, фар и иных технических средств. Поскольку в данной книге речь идет преимущественно об охоте спортивной, представляется полезным особо остановиться на вопросах охотничьей этики.

Этика вообще — это система норм нравственного поведения людей и их обязанностей по отношению к обществу. Но под охотничьей этикой почему-то чаще и прежде всего понимают обязанность неукоснительного соблюдения охотником охотничьего законодательства. А ведь любое нарушение в этой области является «деянием юридически наказуемым», и за него предусмотрена определенная мера административной, а то и уголовной ответственности. Говорить поэтому о неэтичности нарушения также странно, как оценивать с этических позиций взяточничество, воровство или убийство. В области охоты на страже наших интересов при борьбе с браконьерством стоит закон.

Нарушения же охотничьей этики юридически не наказуемы. Ими можно возмущаться, их можно осуждать, но покарать за них далеко не просто. Весна! Поднявшись ни свет ни заря, отправляетесь вы на тетеревиный ток, где накануне поставили шалаш. Приходите, а в нем уже устроился некто, встречающий ваше появление совсем неблагосклонно. Он не только не собирается извиниться и стыдливо убраться восвояси, но еще довольно нахально утверждает, что из этого шалаша он уже охотится три зари. Допустим, что препирательства закончатся в вашу пользу и конкурент освободит захваченное место. Однако далеко он не уйдет, а тут же рядом начнет сооружать собственное укрытие. Светает, а он все ходит, ломает ветки и даже возвращается, чтобы позаимствовать у вас соломы на подстилку. Тетерева все это, конечно, не оставляют без внимания и на токовище не вылетают. По какой статье можно наказать этого охотника?

Другой пример: участники загонной охоты после проведения жеребьевки идут занимать стрелковые номера. Среди них идет и старый человек, радующийся своей, может быть, последней, охоте. Снег глубок, ему трудно, он спешит и задыхается. А спешит он потому, что его более молодые компаньоны и не думают его поджидать. Вот один из них остановился на указанном ему месте, за ним второй, третий, но старику не повезло — выпал ему дальний номер. Он чувствует (даже если ему об этом и не скажут), что всех задерживает, ощущает свою дряхлость и горечь сознания собственной неполноценности усугубляет его физические мучения. А ведь не только можно, но и должно было кому-нибудь из тех, кто помоложе уступить ему место поближе. Какова мера вины его спутников и как за нее воздать?

Обратим внимание на водные угодья. Между куртинами тростников, как сетчатые стенки, тянутся крылья расставленных рыбаками вентерей. По удерживающим их кольям перелетают, пикируют с них вороны. Подгоняет охотник лодку к месту их сборища и видит несколько запутавшихся в сетях шилохвостей. Птицы, хотя и порядком пощипаны воронами, но живы. Их бы распутать и отпустить, однако есть «охотники», которые этого не делают. А что грозит тому, кто возьмет, да и отвернет им головы?

Вот только три (из бесконечного количества возможных) ситуации, демонстрирующие безнаказанность явно неэтичных поступков. Правда, можно возразить, что ведь существует такая категория воздействия, как общественное порицание. И действительно, последнее для большинства из нас далеко не безразлично (тем более что иногда оно может вылиться в исключение из коллектива). Но, во-первых, для этого нужно проявить свою антиохотничью сущность на глазах у товарищей, а во-вторых, грош цена той добропорядочности, которая поддерживается лишь угрозой возмездия.

Мерилом допустимой добычливости охоты должна быть не узаконенная норма отстрела дичи (она является лишь высшим ее пределом), а фактическое количество встречаемых охотником животных. Охотоведческой наукой и практикой тут установлены довольно четкие критерии. Например, весной противопоказано охотиться на токах, где поет меньше пяти глухарей или тетеревов. Норма изъятия в таком случае не должна превышать 20%, т. е. одной птицы из пяти, а это можно сделать лишь там, где петухов поет не меньше пяти. Здесь не годится стрелять по токовику — первому вылетающему на токовище и начинающему петь самцу, поскольку его отстрел часто ведет к распаду тока.

При осенней охоте по боровой и полевой дичи выводки, состоящие из старки и не больше трех молодых птиц, полезно оставлять в неприкосновенности, так как из четырех зазимовавших птиц к весне сохраняется не больше двух и оставленный с осени выводок из 4 тетеревов или куропаток к весне только-только обеспечит наличие в данных угодьях пары производителей.

Дико покушаться на жизнь хотя и разрешенных к отстрелу, но малочисленных в данном месте животных. А ведь бывает, что не успеет на каком-нибудь пруду загнездиться, вывести и вырастить потомство первая и единственная пара уток, как за ним уже начинают охотиться.

По закону нельзя стрелять животных, оказавшихся в бедственном положении. Мало выполнять этот запрет, попавшим в беду мы просто обязаны оказывать помощь, потому что без любви к животным нет и истинного охотника. Какая тут любовь, вы же их стреляете, лишаете жизни! — часто говорят охотникам. И все же, как это ни парадоксально, тех самых зверей и птиц, которых мы преследуем и пытаемся добыть на охоте, мы любим. Не сентиментальные охранители наших четвероногих и пернатых друзей, а именно охотники спасают от весеннего половодья косуль и зайцев. Именно они порой с опасностью для жизни выручают провалившегося в полынью лося или кабана. И именно они, а не кто-то другой несут на плечах мешки с подкормкой туда, где, слабея от зимней стужи и бескормицы, бедствуют стайки серых куропаток. Все это осуществляется на благо охотничьих животных, которые дороги охотникам и сами по себе, и как объект будущей охоты. Так пусть каждый пожнет от трудов своих, поскольку в этом и заключается одно из высших проявлений охотничьей этики.

Тысячелетиями вырабатывались традиции спортивной охоты. В отличие от промысла не наиболее легких путей для добычи животных искали здесь люди. У них были другие задачи — найти способы охоты, требующие предела охотничьего искусства, обеспечивающие максимальную эмоциональность охоты, дающие наиболее полноценные трофеи и одновременно не наносящие воспроизводству дичи ущерб. Преследуя эти цели, люди отказались от ловушек и взяли в руки ружье. Они вывели породы собак, работа которых сама по себе беспредельно украшает охоту. Им нужен не пойманный в петлю, а вытропленный или идущий из-под гона заяц; не сидящая, а взлетевшая птица; не просто олень, а красавец-рогач, да еще взятый во время рева. Традиции охоты — бесценное наследство, доставшееся нам от предков. В них суть, красота, эстетичность любительской охоты и соблюдение их — одно из основных условий этики охоты.

«Поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы они поступали с тобой» — вот целиком этичная форма общения между охотниками.

Каждый из нас порой нуждается в помощи, так не будем отказывать в ней тем, кто ее просит у нас. Все мы когда-то были молоды, неопытны и неумелы на охоте. Многие, наверное, хранят в благодарной памяти образ своего учителя по охоте и наставника. Так не станем оставлять без дружеской опеки тех начинающих, чья охотничья сущность проявляется в одной неискушенной страсти. Все мы когда-нибудь состаримся, достигнем того грустного возраста, в котором охотничьи труды даются уже нелегко. Думая об этом, сделаем все, чтобы пожилым охотникам выезды в поле давались легче. Мы терпеть не можем, когда кто-то портит нам охоту, так не будем сами портить ее другим.

Часто и много пишут о том, что для охотника-спортсмена убитые им животные представляют якобы второстепенную ценность, а главное для него это упоительное общение с природой, алые рассветы, задумчивые вечера и ночи у потрескивающего костра. Вся эта лирика, конечно, прекрасна, но есть в такой интерпретации охоты доля лицемерия. Не для того же тащим мы с собой ружье и патроны, чтобы поупражняться в переноске тяжестей. Нет, мы делаем это с целью заняться добычей животных, находящихся в состоянии естественной свободы. Удача в данном начинании для нас совсем небезразлична. Как бы ни были алы рассветы, а возвращаться с охоты пустым мало кому приятно. Этика охоты не в бескровном любовании налетающими утками или поющим глухарем, а в том, чтобы дичь, которую мы хотим взять, была взята как положено и, главное, чисто. Стрельба по зверю и птице, которых мы не надеемся убить наповал или достать из непролазных крепей, — вот ярчайший пример охотничьей неэтичности.

И, наконец, последнее — право на выстрел и право на добытый трофей. Здесь все просто. Предпочтительное право на выстрел имеет тот, на кого более близко и удобно для выстрела выходит зверь или налетает птица. Стрельба с более далекого расстояния и из менее удобного положения по животным, хорошо идущим на другого стрелка, — нарушение вопиющее. Убитый зверь принадлежит тому, чей выстрел положил его на месте; убитая птица — трофей того, кто прервал выстрелом ее полет.

За рубежом, да и в нашей стране существуют охотничьи традиции ритуального характера: порядок построения перед началом коллективной охоты, правила, по которым после ее окончания, раскладываются убитые животные, церемония поздравления удачливого стрелка и т. д. Все это красиво, вносит в дело порядок и стройность, дисциплинирует участников охоты. Но неверно было бы этими внешними атрибутами подменять истинную этику охоты, выражающуюся в чувстве товарищества, любви к охоте и бережном отношении к животным.

Как уже упоминалось во введении к нашей книге, охота на представителей водоплавающей дичи очень разнообразна, и ее можно проводить многими способами. Объясняется это тем, что местообитания уток и гусей, их поведение и образ жизни непостоянны и заметно изменяются по сезонам года. Это вынуждает нас весной охотиться не в тех местах, где охотились летом, а летом — не там, где осенью. Это же диктует необходимость использовать для охоты те способы, которые в наибольшей степени увязываются с особенностями сезонного поведения дичи и, следовательно, наиболее эффективны. Кроме того, на способы охоты накладывают свой отпечаток требования, связанные с обязанностью сбережения запасов дичи, соблюдением веками установленных традиций и принципов охоты, определяющих ее спортивность. Так, под безусловным запретом находятся способы охоты, а вернее, добычи птиц, ведущие к хищническому, массовому их уничтожению. Весной категорически запрещен отстрел самок большинства представителей водоплавающих, и охота разрешается только на селезней, а следовательно, проводится способами, рассчитанными именно на их добычу. Летом считается, если и непротивозаконным, то во всяком случае заслуживающим осуждения отстрел утки от выводка, стрельба уже крупных, но еще нелетных птенцов (хлопунцов).

Несмотря на все свое разнообразие, способы охоты на водоплавающих укладываются в довольно четкую схему, характерную для всех способов охоты вообще. Их можно подразделить на три группы: охота с подхода, охота с подкарауливанием и охота с подманиванием дичи.

Этика охоты на селезней


О деятельности наших администраторов от охоты писалось, да и пишется достаточно много, но как бы явны и тяжки ни были их прегрешения, объяснить только ими неуклонную деградацию спортивной охоты все же нельзя. Мы изменились сами. Мы в большинстве своем переносим на охоту ту психологию беззастенчивого потребительства, которая взращивалась и культивировалась условиями последних десятилетий. Но уж если потребительство способно довести до грани краха целое государство, то охоту оно погубит неизбежно. При этом первой жертвой будет, конечно, охота весенняя. Именно на нее особенно непримиримо ополчаются противники «жестокой забавы», за ней неусыпно следит око «охраны природы». И именно здесь забвение традиций и этических норм особенно губительно. Ведь основная опасность, связанная с разрешением весенней охоты — возможность нанесения ущерба нормальному ходу воспроизводства дичи за счет случайного отстрела самок, нарушения режима покоя в угодьях. А это зависит не столько от сроков отстрела и количества добытых самцов тетерева или глухаря, сколько от того, какими способами будет проводиться охота, как будут вести себя охотники. Таким образом, этический аспект проблемы приобретает здесь решающее значение.

Читать еще:  Снасти и насадки для плотвы

Итак, этика весенней охоты. Ее основные заповеди сводятся к двум положениям:

— охоться так, чтобы твое поведение не вызывало справедливых нареканий, не ставило под сомнение допустимость весенней охоты и тем самым не могло способствовать ее дальнейшим ограничениям и запретам;

— охоться, но не мешай охотиться и другим.

Соблюдение указанных правил лежит в основе традиций весенней охоты. Действительно, ну в чем можно упрекнуть человека, кратчайшей дорогой дошедшего до места тока или заранее выбранного плеса и взявшего токующего глухаря или подлетевшего к подсадной селезня? Ни токовища, ни удобные для охоты из шалаша разливы не являются местами гнездования, и потревожить здесь устраивающих гнезда самок нельзя. Сам характер охоты устраняет случайную добычу самки, так как стреляет охотник только по птице, явно демонстрирующей свою самцовую сущность.

Однако стоит нам отступить от традиций весенней охоты и заняться хищным шатанием по угодьям, пальбой по взлетевшим, слетевшим с дерева или (везде, кроме тяги вальдшнепа и охоты на гусей) налетающим птицам (даже если мы абсолютно уверены, что это самцы), как все меняется. Пробираясь кромками разливов, пробуя под прикрытием опушек подобраться к поющим на поле тетеревам, мы нарушим покой не одной самки. Стреляя по поднявшимся или налетевшим «самцам», не одну самку лишим жизни: допустить ошибку в рассветных или вечерних сумерках, да еще когда ни голос, ни поведение птицы не помогают определить ее пол, очень легко. Так что предосудительность стрельбы влет при весенней охоте на глухаря, тетерева и селезня — не праздные измышления охранителей природы. Она подтверждена многолетней практикой охоты и выстрадана поколениями тех охотников, для которых случайная добыча утки или глухарки — стыд, позор и повод для горьких угрызений совести.

Правда, существующими правилами весенней охоты такая стрельба прямо не запрещена, но ведь и правила эти претерпели в последнее время существенные изменения и, увы, не в лучшую сторону. Проиллюстрирую это утверждение лишь одним примером. В 1986 г. в Марийской АССР разрешением на весеннюю охоту на водоплавующую дичь предусмотрено, что она может проводиться: «на селезней с подсадными утками и чучелами. только из шалашей и скрадков, которые в соответствии с правилами безопасности должны располагаться не ближе 300 м в любую сторону один от другого». Далее указывалось, что «охота с подхода. запрещается».

Прошло всего три года — и вот в той же автономной республике та же охота разрешается просто: «на селезней уток из укрытия»! О подсадных утках и чучелах уже нет ни слова. О запрещении ходовой охоты — ни звука. Что же касается понятия «укрытие», то его можно трактовать в весьма широких пределах от замаскированных автомобилей и моторных лодок, до куртины любой растительности, способной укрыть охотника от глаз дичи. Таясь по кустам, меняя «укрытия», можно заниматься любимой забавой, формально не нарушая установленного порядка охоты. Нетрудно понять, что породит этот новый плод административного рвения и охотоведческой безграмотности Марийской охотинспекции. Не усложняя себе жизнь хлопотами по приобретению подсадных уток, чучелов, манков, устройству шалашей, марийские охотники смогут с легким сердцем сотворить все, что при охоте весной недопустимо. Они смогут безнаказанно шастать по угодьям, палить влет и т. д. и т. п. Любителей такой «демократической» потехи сейчас более чем достаточно.

Из 184 человек, за которыми начиная с 1964 г. я имел возможность наблюдать во время весенней охоты на селезней, лишь 74 (чуть больше 40 %) охотились так, как положено, то есть из шалашей, с подсадными или чучелами, с манком. Остальные «промышляли» кто во что горазд. При этом по десятилетиям количество этих «вольных стрелков» неуклонно возрастало. Если с 1964 по 1973 гг. их было 9 из 30 (30 %), то с 1974 по 1983 гг. — 29 из 67 (43 %), а за шесть последних лет — 51 из 87 (около 60 %).

Порою просто диву даешься, глядя, к каким смехотворным и бездумно- зловредным приемам прибегают эти товарищи, чтобы утолить свою «благородную страсть». Один по грязи и лужам весеннего жнивья пробует подползти к токующим тетеревам. Другой, напялив гидрокостюм, самозабвенно бродит по разливу и временами испускает с помощью какого-то приспособления серии странных криков, имитирующих, по его мнению, сладострастные призывы, не знаю уж какой птицы. А вот и целая компания отправляется на зорю. Передний демонстративно тащит под мышкой здоровенную пеструю утицу. Остальные пятеро сопровождают. Действительно ли они верят, что несчастная питомица птицефермы сможет сыграть роль подсадной, или просто лукавят и волокут с собой беднягу как символ своей добропорядочности, как пропуск в угодья (охота разрешена лишь с подсадной) — неведомо. Что они будут делать, скрывшись с глаз работников охотхозяйства, можно только предполагать. Мне всегда хотелось узнать, думают ли такие товарищи, что они нарушают основные правила, обеспечивающие безвредность и допустимость весенней охоты? Тревожат ли их мысли о том, что своими действиями они провоцируют ее запрет? Приходит ли им в голову, что всеми этими подползаниями, скрадываниями и другими глупостями они страшно мешают тем, кто охотится как должно?

Ответ очень важен: если в простоте душевной они наивно обо всем этом не догадываются, то наши усилия должны быть направлены по пути просветительства, повышения их охотничьей квалификации с одновременным беспощадным изгнанием из органов управления охотничьим хозяйством людей, далеких от охоты и способных порождать постановления столь же вредные, как упоминавшийся уже шедевр марийской охотинспекции.

Ну а если здесь не «святая невинность», и мы имеем дело с наглым, наплевательским пренебрежением ко всему, что может помешать любителям всевозможных безобразий «за свои деньги» развлекаться так, как им хочется? Ведь в этом случае взывать к их сознательности совершенно бесполезно, ведь потребительская психология всякую нормальную сознательность деформирует на свой лад. По делу, их следовало бы лишать права охоты, но самое страшное заключается в том, что мы как-то притерпелись (и не только на охоте) к попранию элементарных правил этики и кроме того, явление это приобрело настолько массовый характер, что отделить «агнцев от козлищ» будет совсем непросто: среди тех, кто будет отделять, может оказаться предостаточно товарищей, исповедующих ту же мораль.

Пожилому человеку сравнивать прошлое с настоящим довольно рискованно, особенно если прошлое ему больше импонирует: все эти сравнения могут быть восприняты, как извечное стариковское брюзжание. Но я все же рискну.

Еще сорок лет назад практически все знали и соблюдали правило, в соответствии с которым нельзя, недостойно и неприлично вторгаться туда, где уже обосновался другой охотник. Этот неписаный закон особенно драгоценен именно весной. Охота тут кратковременна (на тяге всего минут 30, на токах и с подсадкой, максимум, 2 — 3 часа), всегда связана с каким-то конкретным местом, которое иногда приходится выбирать, долго искать, да еще и готовить для охоты. Кроме того, весенняя охота не терпит близкого соседства своих поклонников, так как они неизбежно будут мешать друг другу. Чей-то близкий выстрел — и глухарь, к которому мы подходили, замолчал, тетерева разлетелись, круживший над подсадной кряковый селезень к шалашу не сел и даже налетавший на нас вальдшнеп, точно нырнув, а воздухе, изменил направление — и был таков. Словом, близкое появление товарищей по страсти весной вряд ли кого порадует, тем более что времени на то, чтобы сменить место, как правило, нет.

И вот сейчас все чаще и чаще случается, что с выбранного места приходится уходить. За последние 20 лет ко мне, когда я стоял на тяге или сидел в шалаше, подходило 78 охотников и только 14 из них, увидев, что место занято, повернулись и ушли. Остальные вели себя по-разному. Некоторые дружелюбно заводили разговор, в котором обязательно в той или иной форме упоминали, что, мол, «в тесноте — не в обиде». Мне кажется, что это в них копошились какие-то остатки охотничьей совести. Кстати, именно их, иногда, удавалось уговорить отойти на более или менее благопристойное расстояние. Большинство же вообще игнорировало мое присутствие и вело себя так, как будто меня и нет. На мои укоры запальчиво отвечали, что «охота у нас для всех», «угодья общие» и «они тоже за путевку деньги платили». Один же «весьма резонно» заявил: «Я вам мешаю? Ну так вы и уходите!». А что остается делать, когда в 100, 50 а то и в 30 метрах пришелец начинает гоношить себе укрытие-скороспелку?

Вот и пропала заря, не говоря уже о вконец испорченном настроении.

Это типичное проявление потребительской психологии, которая крайне ревнива к своим правам и весьма равнодушна к обязанностям. Даже чрезмерной нагрузкой охотников на угодья (во многих охотничьих хозяйствах она допускается) подобное поведение нельзя ни извинить, ни оправдать. Тот, кто действительно хочет охотиться, не будет жалеть ног и времени, чтобы заранее подыскать себе место. Ну а товарищи, любящие в охоте и другие радости и предающиеся им до часа, когда уже нужно «не опоздать», пусть не посетуют на то, что они, так сказать, остались «за флагом».

Понятно, что по отношению к представителям племени нарушителей традиций весенней охоты трудно испытывать теплые чувства. И все же мне кажется, что они заслуживают сожаления. Ведь стремясь «урвать» от охоты как можно больше и главным образом пострелять, они обрекают себя на эмоциональное нищенство. Таким весенняя охота никогда не раскроет всей своей поэтической прелести, не даст заглянуть в тайны пробуждающейся природы, не позволит испытать тех ощущений, которые только она и может подарить.

Бродить в поисках дичи, ждать близкого взлета птицы, подбираться к замеченному объекту своих вожделений можно в любое открытое для охоты время. Но только весной в предрассветной тьме моховых болот звучит глухариная песня, только на весенних зорях неистовствуют на токах косачи, тянет вальдшнеп и на голос подсадной утки спешит зеленоголовый селезень. Только весной, только из шалаша позволено нам бывает любоваться нелепо-прекрасными танцами журавлей, суматохой заячьих «свадеб» и тем, как самец какой-то пичуги склоняет к любви свою избранницу, потчуя ее козявками.

Да и разве можно сравнить по силе охотничьих переживаний элементарное убиение налетевшего или близко поднявшегося селезня с тем, что мы испытываем, взяв его с подсадной или сумев подманить? Разве добытый после долгого подхода под песню глухарь не в десятки раз драгоценнее того, который во время подслуха подлетел и в двадцати шагах взгромоздился на сосенку? Тот, кто не видит тут разницы, право же наделен восприимчивостью и эмоциональностью дубовой чурки. Нет, соблюдая закон или отказываясь от глупых послаблений в правилах, которыми нерадивые чиновники хотят, видимо, подчеркнуть свою демократичность и неусыпную «заботу об охотнике», нам необходимо сохранять, беречь, и главное, соблюдать традиции и этику весенней охоты. Либо мы будем это делать, либо эту лучшую из охот придется запрещать. Третьего не дано.

Читать еще:  Охотничье хозяйство оштрафовали за отсутствие порхалища для боровых птиц

Что же касается охотников-потребителей с их психологией рвачества, то остается лишь только надеяться, что уважение к окружающим, порядочность, дружелюбие и отзывчивость вновь станут нормой поведения в нашем обществе вообще, и в среде охотников — в частности.

Этика охоты на селезней

Пожалуй, ни один вид весенней охоты не подвергался столь жесткой критике со стороны антиохотников, как весенняя охота на селезней. Сейчас главные претензии к охотникам – массовое несоблюдение правил и этики этой охоты. О том, что такое правильная охота на селезней весной и о перспективах ее, мы и поговорим.

фото: Семина Михаила

Раньше главным аргументом противников весенней охоты было опасение разрушения брачных пар уток. Утки действительно образуют пары (в отличие от полигамных тетеревов и глухарей), но моногамия у них сезонная и непрочная: в случае потери избранной самки самец довольно быстро находит новую подругу. Это было доказано наблюдениями как биологов-охотоведов, так и орнитологов. К тому же известно, что одного спаривания с селезнем вполне достаточно, чтобы самка отложила полноценную оплодотворенную кладку. Хотя все же замечу, что бывают исключения, когда пресс охоты оказывается слишком велик.

Так, 27 апреля 1987 года мы с братом были на охоте в Кривандинском охотхозяйстве МООиРа, на центральной базе. Приехали со своими утками. Однако, к нашему удивлению, ни одного «жвяканья» селезней мы за утро так и не услышали, при том, что кряканья диких уток раздавались со всех сторон. Это были последние дни 10-дневного сезона (в тот год охоту с подсадной в Московской области открыли впервые после многолетнего перерыва). Егерь пояснил, что пролет уже закончился, местных селезней добыто уже довольно много, а оставшихся порядочно разогнали. Дневной осмотр угодий в пойме реки Поли подтвердил, что это так. Больше с такой ситуацией нигде я не встречался, но все же считаю, что тогда в Кривандино был явно высокий пресс охоты именно на местную гнездящуюся популяцию крякв.

Другой вопрос. Скольким охотникам можно охотиться в одних и тех же угодьях, чтобы не помешать друг другу? Конечно, во многом это определяется характером местности. Например, в пойме, на лугу во время разлива оптимально ставить шалаши не ближе 300 метров один от другого. В затопленном половодьем лесу располагаться можно и ближе. Думаю, что на одном квадратном километре угодий желательно, чтобы охотилось не более 3–4 охотников с подсадными. Эта охота не должна быть массовой и не должна идти ни в какое сравнение с числом охотников в открытие летне-осенней охоты.

А ведь что происходит на самом деле, особенно в подмосковных угодьях? Путевок продают много, охотники располагаются ближе 100 метров один от другого. Как-то на заре перехода охотничьих хозяйств к самофинансированию прочитал в одной из газет о семье егеря, которая решила ударными темпами решить финансовые проблемы путем обслуживания максимального количества охотников на селезня. Для этого они, используя семейный подряд, соорудили в небольших угодьях около семидесяти (!) шалашей. Подсадных тоже хватало, так как большая часть поголовья была закуплена с дичефермы, в том числе среди них были и молодые утки, прошлого года рождения.

фото: Семина Михаила

И что же в итоге? Наплыв охотников был большим, но поохотиться так толком никому и не пришлось – большинство подсадных оказались непроверенными, а потому и не работали. Диких селезней эта орава охотников разогнала в первый же день. К удивлению охотников, заплативших немалые деньги за обслуживание, шалаши оказались прозрачными, дырявыми. Видно было, что сделаны они наспех. С рассветом в них находиться было уже бесполезно.

Одни охотники охотятся по всем правилам с подсадными из шалаша, другие сооружают жалкое подобие укрытий, накидав несколько веток на просвечивающие кусты, и, высадив одно-два чучела, неумело крякают в манок. Есть и такие, кто полностью игнорируют скрадок, а встав возле какого-нибудь дерева и высадив рядом подсадную, стреляют влет по пролетающим уткам. Где уж тут отличить самку от самца! Нередко с одной подсадной таким способом охотятся несколько охотников. Однажды, в том же Кривандино, я был свидетелем, как группа охотников, привязав подсадную непосредственно к транспортировочному ящику, в котором несли утку до угодий, встала рядом в линию и стреляла прямо как на открытии летне-осеннего сезона. Впрочем, есть такие, которые и не удосуживаются заиметь подсадную. Они охотятся также, как на осенних перелетах.

Чем дальше от центра России, тем больше нарушений и тем меньше внимания обращают на это органы охотнадзора. Например, на севере очень распространена ходовая охота по речкам. Охотятся или с подъезда на лодке, или с подхода по берегу. Путевки на селезней выдаются всем желающим.

фото: Семина Михаила

На мой недоуменный вопрос о возможности случайного отстрела уток при такой охоте егерь пояснил: «А ведь селезня-то хорошо видно и отличить его от утки весной несложно. Подсадных у нас не держат». Но существуют же правила охоты, в которых четко определено, что селезней можно стрелять только при наличии подсадной или чучел из укрытия! Не было бы таких вольностей, как в вышеприведенных примерах, – глядишь, и не поднимался бы вновь вопрос о закрытии весенней охоты.

Наконец, среди охотников, желающих поохотиться на селезней, встречаются и настоящие «топтуны». Это – самотопщики, для которых, что весенняя, что осенняя охота – все едино. Мало того что они бродят по угодьям, мешая дельным охотникам, иногда они непреднамеренно пытаются и скрадывать ваших подсадных. Однажды таким образом у меня застрелили одну из лучших подсадных уток – Солоху.

17 апреля 1997 года. Открытие весеннего сезона во Владимирской области. Мой шалаш был полностью непроницаем со стороны леса. Невероятный гвалт чаек и азартная работа подсадных помешали мне расслышать приближение охотника. Он подкрался сзади из леса, очевидно привлеченный работой двух моих уток. Чучел в то утро я не высаживал. Хлесткий выстрел, свист дроби у самого уха – и вот подсадная, натянув шнур, отчаянно бьет крыльями. Если бы не мой окрик, второго выстрела по другой подсадной было бы не миновать. А мог бы и влепить заряд в меня. Ведь этот горе-охотник даже не заметил шалаш!

Почему он стрелял по утке, ведь в тот момент обе подсадные издавали «квачки»? На эти мои вопросы он не мог дать вразумительного ответа. Конечно, я записал номер его охотничьего билета, сообщил в охотнадзор. Он заплатил какие-то деньги, но хорошую подсадную было уже не вернуть. С досады в то утро я прекратил охоту, ушел домой, похоронил Солоху и пошел по угодьям, помня об удостоверении общественного охотинспектора, лежащем в кармане.

фото: Семина Михаила

Вот летит стая уток – дуплет. Стреляли в перелеске, поблизости нет даже лужи. Подхожу, проверяю у стрелка документы. Все в порядке – пошлина, взносы, путевка. Кстати, в путевке указано – 2 селезня в день. А почему нет подсадной? Оказывается, председатель первичного охотколлектива «сжалился» и выдал путевку незадачливому стрелку, который просил дать ему возможность «побродить по весенней природе». А без ружья погулять нельзя было?

Прошлой весной сидел на лугу в шалаше. Вокруг все просматривается. Вижу – по луговой дороге едет машина. Метрах в двухстах останавливается, и из нее выходят два человека с ружьями. Долго всматриваются в бинокль (!) в мой разливчик, посредине которого на островке, зеленым пятном возвышается шалаш из елового лапника. Работают две подсадные, вокруг шалаша плавает два десятка чучел уток разных видов. Но стрелков именно это очевидно и привлекает. Они чуть не по-пластунски ползут. Когда до цели остается около 100 метров, резко выхожу из шалаша. Удивленные охотники встают и направляются обратно к машине. В другой день какие-то самотопщики стреляли по чучелам моего товарища с расстояния не менее 150 метров.

Как нам навести порядок в угодьях на весенней охоте? Выдавать путевки только при наличии подсадной? Путевки на весеннюю охоту сейчас дороги, а деньги очень нужны охотпользователям! Знакомый председатель всегда поверит вам на слово, что подсадная у вас есть. Незнакомые же охотники могут предъявлять для получения путевки одну и ту же утку – на них ведь нет ни колец, ни клейм. Не вживлять же подсадным электронные чипы? Если охотник знает правила охоты, вежливо ведет себя при оформлении путевки, это вовсе не значит, что, попав в угодья, он бросится сооружать шалаш, придет в него с подсадной и будет охотиться по честному.

фото: Семина Михаила

Как отличить настоящего охотника от потенциального браконьера? Некоторые, причем даже биологи-охотоведы, предлагают сделать просто – запретить весеннюю охоту всем. Им наплевать, что при этом пострадают законопослушные охотники – зато охранять будет легко: каждый выстрел весной тогда будет браконьерским. Нет, вопрос должен быть поставлен иначе: как обуздать весеннее браконьерство, обеспечив нормальную охоту настоящим охотникам? Могу предложить внести в новые правила охоты пункт, запрещающий нахождение в водно-болотных угодьях с собранным ружьем без подсадной и вне шалаша. Пришел к шалашу – собери ружье. Собрался уходить – сложи в чехол. И никаких хождений с ружьем по угодьям!

Но все же, в первую очередь, порядок надо наводить в душах самих охотников, чтобы сама мысль о том, чтобы охотиться и добыть дичь по-браконьерски, была бы ему неприятна. А что думаете по этому поводу вы, уважаемые читатели?

Правила охоты на водоплавающих: гуся, утку, селезня, казарку

Весенняя охота – долгожданное событие для настоящего любителя. Дело даже не в трофеях, для охотника важно единение с природой, когда по весне та, словно оживает и пробуждается. Первые теплые деньки заставляют людей устремиться в лес, на болота и озера.

Многие считают, что нельзя любить природу и охотиться одновременно. Однако есть правила весенней охоты на водоплавающую дичь, регламентированные законодательством, впрочем, как и негласные правила, позволяющие не наносить популяциям существенный урон.

Какие бывают виды охоты

Охотой занимались еще первобытные люди, следовательно, как вид деятельности, это наидревнейшее занятие. Но если раньше охота была способом обеспечения пропитания, то сегодня к ней добавляется еще одна очень важная функция – хобби. Его суть заключается в выслеживании добычи и отстреле.

Увы, но охотиться можно далеко не круглый год. Законом предусмотрены сроки открытия и закрытия сезона. Любой вид животных должен по весне успеть возродить численность за счет потомства. Охоту на водоплавающую дичь можно начинать тогда, когда выводок станет самостоятельным. В целях сохранения численности популяции продолжительность сезона охоты строго ограничена.

Охота, как род деятельности, может делиться на несколько видов.

  • Промысловая охота проводится для дальнейшего использования продуктов в промышленности. Получают мясо, перо, шкуру или мех.
  • По особому указанию представителей исполнительной власти региона может объявляться санитарная охота. Ее цель заключается в регулировании численности определенного вида животных, а также истребление зараженных или потенциально опасных животных.
  • Наконец, отлов животных для исследований или для зоопарков, тоже считается охотой.
Читать еще:  Охотничий дальномер

Правила охоты включают в себя строгое соблюдение установленного периода. Прежде чем подробнее рассматривать основные положения законодательства, следует познакомиться с процессом охоты более подробнее (какие бывают виды, как классифицируются).

Одну классификацию мы уже рассмотрели, это разделение на любительскую деятельность и профессиональную. Следующий вид основан на применении технических и прочих средств передвижения. В качестве последних могут использоваться лошади, автомобили, вертолеты. По месту проведения охоты она подразделяется на водную, подводную, лесную. Бывает индивидуальной, а также коллективной. Дичь можно выслеживать из засады, преследовать, использовать для преследования собак или ловчих. Часто применяются подсадные животные или манки. Классифицируется охота и по применяемому оружию.

Весенний сезон охоты

Охотиться на водоплавающую птицу можно строго в определенный период. Если не вводить никаких запретов, то определенная популяция пернатых окажется на грани исчезновения. Исходя из этих соображений, весной отводится для отстрела 10 дней.

Каждый регион вправе самостоятельно назначать весенний сезон, однако его продолжительность неизменна по всем субъектам РФ. Отведенные 10 дней должны укладываться между 1 марта и 16 июня.

На назначение периода в регионе обычно ничто не влияет. Как правило, день открытия сезона совпадает с удобным для запоминания днем или с памятной датой. К примеру, открытие приходится на 1 субботу апреля. Точные сроки всегда можно найти на специализированных сайтах, они уже известны заранее на каждый календарный год и практически всегда остаются постоянными для каждого региона.

Правила и особенности охоты на гуся

Правила охоты на гуся весной, скорее, являются негласными, нежели регламентированными, так как никто не в состоянии отследить их исполнение. Здесь все зависит от сознательности охотника. Есть та определенная грань, которая отличает любителя природы от браконьера.

Гусей можно встретить недалеко от болотистой местности, у заводей рек и на лугах. Плавать они умеют, но не так хорошо, как остальные водоплавающие, это значит, что вода их привлекает лишь в определенной части. Большую часть времени они предпочитают находиться на суше.

Будучи перелетными птицами, они мигрируют преимущественно в ночное время, причем с достаточно большой скоростью. В средних широтах гуси задерживаются около месяца. За это время заканчивается зима на севере. Месяца им вполне хватает, чтобы восстановиться после тяжелого перелета. Питаются травой и потерянным зерном на полях.

Все охотники согласятся, что гусиная охота гораздо сложнее, чем отстрел других водоплавающих. Связано это с тем, что гусь отличается хорошим чутьем и осторожностью, поэтому заранее нужно подготовить все подручные средства маскировки и приманки. Охотник заблаговременно выбирает место засидки. Его костюм обязательно должен сливаться с расцветкой ландшафта. Опытные мастера обращают отдельное внимание на расстановку профилей и чучел. Чучела должны имитировать не одного гуся, а целую стаю.

Свою бдительность гусь теряет на рассвете, поэтому в ранние чесы охота будет более продуктивной, чем в вечерние. Рекомендовано применять дробь с номером 0, 1 и 2. Целиться необходимо в какую то отдельную особь. Нельзя стрелять по всей стае.

Учитывайте скорость полета птицы, так как она обычно обманчива и кажется несколько ниже, чем есть на самом деле. Подранок добивается последующим выстрелом, при этом из укрытия нужно стараться не выходить. Запрещается подбирать подстреленных гусей до полного пролета стаи. После выстрелов внимательно отслеживается вся стая, так как зачастую подранок пролетает внушительное расстояние.

Охота на уток и селезней

Весной на селезня охотятся с подсадной уткой.

  • Во-первых, она служит неплохой приманкой.
  • Во вторых, это исключает возможность подстрелить утку, ведь в некоторых регионах России весенняя охота на утку запрещена.

Некоторые охотники хорошую подсадную утку сравнивают с верной собакой. К птичке предъявляются особые требования. Она своим голосом должна привлекать селезня, не бояться человека, легко адаптироваться к изменению окружения.

Обычно они выращиваются самими охотниками, причем нередко происходит скрещивание одомашненной птицы с диким селезнем.

Для полноты картины пространство вокруг подсадной утки дополняют макетами. Охотник, спрятавшись в шалаше, дожидается подлета селезня утром и вечером. В пасмурную погоду охотиться приходится и в течение дня.

Самым простым видом охоты считается охота с помощью электронного манка. Сигналы подаются не непрерывно, а с периодичностью 10 минут. Инстинкт размножения заставит селезня заинтересоваться объектом.

Общие правила охоты на водоплавающих

По весне ужесточаются правила охоты на утку, гуся, казарку. Связано это с тем, что птица должна оставить и вырастить потомство. Эти правила установлены Министерством природных ресурсов.

Запрещено использовать лодки и другие плавсредства. Исключение составляет ситуация, когда подстреленную птицу необходимо подобрать.

Охота с собаками и ловчими разрешена только после 1 августа. При этом у охотника не должно быть при себе огнестрельного или пневматического оружия. Охота на водоплавающую птицу с оружием, имеющим нарезной ствол, запрещена полностью.

Важно не только соблюдать закон, но и неписанные правила, отражающие этику поведения настоящего охотника.

  • Старайтесь не стрелять в пару летящих гусей, они считаются моногамными, то есть, создают пару на всю жизнь. Убив гуся или гусыню, вы обрекаете вторую половинку на одиночество. Хоть чувство тоски у птиц не доказано научно, все же этого правила стараются придерживаться.
  • Рябчик хоть и не относится к водоплавающим, но попадает в статьи, посвященные весенней охоте. Самцов этой птички тоже не стоит трогать, так как они с самочкой меняются местами при высиживании потомства.
  • Охотятся только на ту птицу, которая садится на воду. По пролетающей стае настоящий охотник не выстрелит. Во-первых, нельзя отличить самца от самки, а во-вторых, выстрел по стае – это поступок, который не приветствуется в охотничьих кругах.
  • Запрет привлечения охотничьих собак и применения плавательных средств обоснован не только статьей в законодательстве, но и гуманными соображениями. Если стая после перелета села на воду и отдыхает, то не следует ее тревожить.

Как мы успели убедиться, осенний сезон охоты и весенний отличаются требованиями. Помимо законодательства, нарушение которого приведет не только к штрафу но и к изъятию охотничьего билета, существуют этические нормы, нарушить которые рискнут разве что браконьеры.

Охотничья этика, или не писанный моральный кодекс охотника.

Охотничья этика, или неписаный моральный кодекс охотника:

Что такое охотничья этика? Сухим языком можно сказать: «Охотничья этика-это совокупность норм и правил поведения охотника и требований, предъявляемых к нему государством, общественными организациями и общественной моралью. От охотников требуется соблюдение законов об охране природы, правил охоты, а также активное участие в мероприятиях по сохранению, воспроизводству и рациональному использованию биоресурсов (дичи)».

Это закон, прежде всего, совести чести и нравственности настоящего охотника.

Охотничья этика включает в себя весь неписанный кодекс норм поведения, моральных обязанностей охотника по отношению к другим охотникам, к диким животным, к природе в целом. Она должна быть внутренним убеждением охотника, соблюдаться не из страха наказания, а по совести. Обязательным правилом для настоящего охотника является бережное отношение к природе и уважение к труду и правам других охотников; он никогда не присвоит чужой добычи. Культура и этика охотника не допускают проявления к животным жестокости; охотник не должен использовать животных во время стихийных бедствий (наводнений, пожаров) или при несчастных случаях. Наоборот, он должен оказать им помощь, спасти их. Неэтично стрелять по сидящей или плавающей дичи, нельзя покушаться на «старку» (матку), притворившуюся раненной, чтобы отвлечь опасность от птенцов. И так, не писаные правила:

— Добытая из-под чужой собаки дичь принадлежит хозяину собаки, который возвращает стрелявшему два патрона.

— Дострелянный подранок принадлежит тому, кто подранка сделал, если после его стрельбы были явные признаки ранения дичи; дострелявшему возвращается два патрона.

— Если по дичи стреляло несколько охотников, без явных попаданий, а дичь, пробежав или пролетев какое-то расстояние, падает, она принадлежит тому, кто стрелял последним.

Крупная дичь считается добычей того, кто окончательно остановил зверя.

— Нельзя стрелять дичь, идущую на вашего товарища.

— Первым стреляет тот, у кого поднялась дичь, после его выстрела стреляют остальные.

— На коллективной охоте командует один охотник, все остальные, невзирая на лица, ему подчиняются.

Руководителю охоты участники могут в корректной форме высказывать предложения, связанные с ее проведением.

— Все претензии к промахнувшемуся высказываются вежливо. Не промахивается только тот, кто не стреляет.

— Стрелку, убившему на коллективной охоте крупного зверя, принадлежат голова зверя и субпродукты (язык, сердце, печень, легкие), остальное делится на всех участников.

— Если попал на охоту в чужую команду, веди себя по поговорке: «В чужой монастырь со своим уставом не ходят».

— Охотник должен помнить, что нужно делать что-то одно: или охотиться, или пить водку. Совмещение того и другого не допустимо.

— На охоте все равны. Уборка помещения и мытье посуды, приготовление пищи и все остальное обязательны для всех. Если на охоту охотники едут на машине — затраты на бензин делятся поровну.

— Крупную дичь, ни при каких обстоятельствах нельзя стрелять вдогонку.

— Если животное убито в чужом секторе, то оно присуждается тому, кто в этом секторе стрелял. Если зверь лег посредине секторов, тот, кто нанес зверю смертельную рану, тот и победитель.

— Недопустимо стрелять зайца в лежке, птицу — не в полете.

— Из-под легавой стреляют дичь, поделив сектор полета.

— При охоте с лодки вдвоем более меткий всегда будет с добычей, но воспитанный охотник сложит все в одну кучу и поделит ее пополам.

— Обязательно следует добить подранка.

— При охоте на кабана первой идет самка, за ней выводок. Настоящий охотник самку не стреляет.

— На току тетерок не стреляют и не стреляют первого прилетевшего тетерева. Можно расстроить весь ток.

— Кто убил зверя, тот его и разделывает.

— Для настоящего охотника неприемлемы электронные манки, ночные прицелы, охота с автомашин,снегохода и другой беспредел. Такие охотники позорят русскую традиционную охоту.

— Нельзя занимать чужие скрадки, лабазы, шалаши.Нельзя стрелять дичь там, где нет возвожности её найти и подобрать.

— Нельзя фотографироваться верхом на трофее.

— Охотник должен строжайше соблюдать в лесу правила пожарной безопасности. Запрещается разводить костер на торфяниках, среди густой травы, сухого бурелома. После отдыха необходимо погасить костер, не бросайте непогашенные спички и окурки на сухую траву. Охотник должен уметь моментально принять меры к тушению возникшего пожара.

— Охотник в лесу, как дома, а дома не мусорят, не оставляют после себя бумагу, пакеты, консервные банки. Если что-то можно в лесу закопать или забрать с собой, так и делайте. Остатки пищи можно оставить — ими полакомятся лесные жители!

— Охотник должен знать, как укрыться от ненастья и что делать во время грозы. Надо уметь ориентироваться в лесу. Знать средства и методы оказания первой медицинской помощи.

— Все, что знает опытный охотник, он передает молодому охотнику. Уважение — чувство взаимное.

— Охотник, пользующийся охотничьей избушкой, должен оставлять в ней определенный запас продуктов, соль, спички и дрова на случай, если другой охотник, попав в беду, будет вынужден прожить в избушке какое-то время. Прежде чем покинуть избушку, охотник убирает помещение, моет посуду, приводит весь инвентарь в порядок.

— Взаимовыручка, рука друга в любой ситуации — ценность, дороже которой нет ничего в жизни охотника.

Источники:

http://huntlib.ru/books/item/f00/s00/z0000015/st008.shtml
http://www.comgun.ru/ohota/3444-yetika-vesennej-oxoty.html
http://www.ohotniki.ru/hunting/societys/societys/article/2015/01/22/198460-etika-ohotyi-na-selezney.html
http://pravonasilu.ru/ohota/osnovy/pravila-ohoty-na-vodoplavayushhuyu-dich.html
http://www.hunting.ru/blogs/view/52014/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять
Adblock
detector