22 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Промысловая охота во время войны

Промысловая охота во время войны

Памяти моего отца, охотника-промысловика, посвящается

Выражаю признательность и благодарность моим друзьям по жизни и спутникам на охотничьих тропах, предоставившим фотографии для этой книги и свои собственные впечатления об охоте: Владимиру Каплину, Илье Каплину, Олегу Линдблату, Сергею Синцову и его друзьям, Евгению Никитину.

Мы все – охотники. Эта незабвенная страсть досталась нам от предков и генетически закреплялась многими и многими поколениями. Уверяю вас, она проснется даже в убежденном вегетарианце или самом нетерпимом последователе движения «зеленых», если кто-то из них окажется в ситуации, когда нужно не жить, а выживать. Именно выживание когда-то сотворило из нас потенциальных охотников, промышляющих ловом дикого зверя. Еще два века назад любая охота называлась ловом, а охотник – ловцом. Помните пословицу – на ловца и зверь бежит? Поэтому ловким называли не шустрого и расторопного, а удачливого на охоте человека. А ловчий – уже профессия, это современный начальник охоты, состоящий на службе у государей и князей. И практически всегда с ловлей связано священное слово «добыча», в котором явно звучит еще одно – бык. То есть добычей охотника мог стать только самец, а не плодная матка, и в этом слышится глубинный, благородный смысл неписаного охотничьего закона.

Но самое, пожалуй, важное, что донесло до нас это страстное слово, происхождение названия целой группы народов – славяне. Еще недавно писали «словене», то есть живущие «с лова», тогда как землепашцы жили «с сохи». Полагаю, что и само слово «слово» произошло отсюда же и первоначально означало гимн добычливому ловцу. Не случайно ведь и доныне, если просят произнести речь, говорят: «Скажи свое слово».

И восходит это к глубочайшей древности – к периоду последнего, Валдайского оледенения, то есть примерно XXV–XXII векам до нашей эры. К эпохе, когда еще жили мамонты…

А вы говорите, откуда эта не подвластная воле, необъяснимая, охватывающая нетерпением и детским азартом страсть, заставляющая волноваться даже старцев…

Сказать свое слово об охоте я собирался всю жизнь, поскольку родился и вырос в маленькой сибирской деревушке на берегу таежной реки Четь. Только в нашем районе штатных охотников было сорок два человека! Разумеется, столько и промысловых участков. Каждый год они собирались на слеты, делились опытом и мечтали о том, чего не было в то время: о лодочных моторах, о трехлинейных винтовках, которые не давали осечки, о том, чем бы заменить лыжи, – снегоходов тогда еще не было, а потому сами делали аэросани, вместо двигателя используя тракторный пускач с березовым пропеллером.

Они вообще все были фантазеры, мечтатели и романтики, и разве что стихи писали единицы. Иногда в межсезонье брали с собой старших сыновей, съезжались в одно место где-нибудь на берегу реки, разводили костер, варили уху и разговаривали. А мы их слушали и наслушаться не могли.

Охотничьи истории переплетались с житейскими, а те в свою очередь с некими таинственными, необъяснимыми случаями, произошедшими в тайге на промысле. Например, один из сидящих у костра охотников в молодости заплутал в лесу и на восемнадцатый день, когда уже не мог идти и замерзал, поскольку давно кончились спички, был спасен некими странными, откуда-то появившимися людьми непривычного вида – седобородым старцем в дубленом тулупе и девушкой в горностаевой широкополой шубе. Склонились они к умирающему и сказали, мол, вставай, пойдем греться к нашему огню. А девушка руку подает. Охотник подумал, это смерть пришла, и помощи не принял, сам встал и пошел за ними. Люди привели его к большому костру, горящему на поляне, велели раздеться до пояса, и девушка стала втирать в него огонь, черпая его ладонями, словно воду. Охотнику сразу тепло стало, но он все думает, что это перед смертью, и потому страх его одолевает, ведь молодой еще, не женатый, не хочется умирать. А девушка грудь ему огнем растирает, глядит на него и только печально головой кивает. Охотник разогрелся, ожил и тут внимание обратил, что лесная эта незнакомка в горностаевой шубке на смерть вовсе и не похожа, напротив, так хороша, что сердце затрепетало, но старец говорит, дескать, довольно с него, пойдем своим путем, а он пусть идет своим. Девушке вроде бы уходить не хочется, должно, ей охотник тоже понравился, однако старик в тулупе застрожился, мол, оставь его, внучка, не годится он для нашего мира, ибо в трудную минуту о смерти думал, а не о жизни. Взял ее за руку и повел. На опушке остановился, начертал на снегу стрелу, говорит, в эту сторону пойдешь, и оба они скрылись в лесу. Охотник после этого словно от сна очнулся, огляделся – возле жаркого костра стоит, полуголый, и вокруг ни единого следа нет. Только стрела на снегу начертана. Охотник надел просохшую у огня одежду и отправился, куда старец путь указал, и в самом деле скоро вышел на ледянку, по которой колхозницы на быках лес возили. А его уж дома оплакали и похоронили давно, тут же стали расспрашивать, где был, чем питался, если вернулся розовощеким и совсем не утомленным. Охотнику же и ответить нечего – скажи правду, подумают, с ума сошел, пока блудил. Но у самого-то в голове засело, и стал он после этого место искать, поляну, где костер горел, потому что девушка в шубке так перед глазами и стоит, а на груди ее рука чувствуется, будто и доселе огонь втирает. И вот уже двадцать второй год ищет, потому бобылем остался – найти не может. Должно быть, и не найдет никогда, потому как разные пути у него и этих невиданных людей: они идут к жизни, а он – к смерти. Ведь и на самом деле так, поскольку едва человек родился, сразу же становится на эту дорогу. Эх, вот бы узнать другую!

Горит костер на майском берегу реки, мимо несется половодье, и огонь отражается на стремительно бегущей воде. Иногда с гулом валится подмытый высокий яр и все, рассказчики и слушатели, напряженно замирают и переглядываются, словно возвращаясь в реальный, земной мир. Но вот другая история – про «лесных дядей», что встречаются в тайге, и снова такой озноб по коже, что волосы на голове встают дыбом и наворачиваются невольные слезы, которые следует прятать, – будто это у тебя от того, что напахнуло дымом. А опомнишься и глянешь на мужиков у костра, и сразу видно, у них тоже дым выедает глаза.

Но уже как песня заводится другая история: жили когда-то по берегам Чети люди, которые называли себя детьми черной березы, поскольку сами черные на вид. Все они были охотниками, а жили в странных жилищах – копали огромные ямы, ставили столбы и покрывали сверху бревнами и дерном, оставляя только дымоход. Но пришли сюда люди белой березы, то есть белые, и тогда люди черные подрубили столбы в своих землянках и похоронили себя заживо, ибо кончился их век существования. И до сих пор в тайге встречаются провалы в земле, оставшиеся от их жилищ. Если покопать, то можно и косточки найти, утварь всякую, горшки-черепки…

А рассказ про то, как медведь бабу в Торбыково украл, да к себе в берлогу приволок, и всю зиму с ней прожил, и лишь весной отпустил, уже беременную? И вся деревня ждала и гадала, когда родит и на кого будет ее ребеночек похож – на зверя ли, на человека ли? По прошествии срока баба родила мальчика, и слава богу, похож оказался на киномеханика из Чердат.

Мужики смеются, а мы еще верим в сказки про медведей…

И до сих пор как музыка звучат их имена – дядя Коля Кулаковский, дядя Ваня Тужиков, дядя Гоша Таурин, по прозвищу Барма, дед Аредаков и мой отец, Трофим Семенович – все штатные охотники, вынужденные пойти на промысел во время войны тринадцатилетними пацанами.

Помню, у нас в избе висел плакат, на котором были нарисованы пушные звери и рядом – боевое оружие: водяная крыса – обойма патронов, белка – граната, колонок – автомат ППШ, соболь – станковый пулемет с длинным стволом.

Промысловая охота во время войны

Миша-Туба был парень очень спокойный, уравновешенный. Его трудно было вывести из себя какими-то насмешками. В ответ он лишь улыбался, поводил плечами и опускал глаза. Но силой обладал недюжинной. Еще будучи юнцом, как раз перед войной, довелось ему пережить один случай.

Зимовье у Мишкиного отца было одно, а значит, все путики были круговыми, рассчитанными на дневной
переход.
ФОТО KIRZAA@MAIL.RU/DEPOSITPHOTOS.COM

Еще с лета мужики вели разговоры о том, что в этом году может прибавиться волков. По осени, до заброски в тайгу, они стали встречать серых разбойников то на реке во время рыбалки, то в полях. Видно было, что зверь этот расплодился и живет вольготно, чувствуя себя хозяином.

Читать еще:  В рейде с госохотинспекцией Московской области

А зимой, уже по малому снегу, волки стали приходить к деревне. Усядутся темными тенями за огородами и ну тянуть свою песню. Аж мороз по коже.

Собаки дворовые, не таежные, лежали по кутухам и делали вид, что спят, не слышат волчьего воя. А когда снега подвалили, разбойники осмелели. Начали крайние деревенские стайки пробовать на прочность, овечек резать.

Без труда раскрывали крышу, раздвигали жерди и устраивали разбой. Чуть не каждое утро то здесь, то там голосили бабы, обливаясь слезами по скотине, испорченной волками.

Дошла очередь и до Федуловых. Мария, мать Миши-Тубы, каждую ночь выходила, слушала скотину. И вот однажды утром прибежала в дом и с порога благим матом:

Миша тут же подхватился (на лавке спал, не в горнице), пимы надернул, телогрейку уже на улице натянул — и в стайку. Дед на печке проснулся:

— Ружье-то! Ружье возьми! Вдруг стрельнет?

А Мишка уже в пригон ворвался, а там большой хоровод. Скотина перегородки снесла и друг за другом в бешеном галопе. В потолке дыра светится, в дальнем углу овечка хрипит. Двух волков Мишка сразу увидел.

Один в шею корове влип и тащился за ней, стараясь свалить. А второй другую овцу резал. Парень не раздумывал — схватил того, что на корове висел, за шкуру, отдернул от жертвы и с разворотом об опорный столб головой врезал. Развернулся и еще раз. Бросил здесь же, ко второму кинулся, да тот, видно, почуял неладное, маханул так, что и не задержался в дыре. Удрал.

Дед, рассматривая добычу, определил, что это волчица. Матерая.

— Ловко ты ее приложил. Ни единой целой косточки в голове. Молодец внучок!

Мишкин дед раньше был знатным охотником. Это он обустраивал, обихаживал тот участок, где теперь отец Мишкин охотится. Избу рубил, ловушки делал, все надеялся, что с сыном там промышлять будет. А получилось так, что всего один сезон и отохотились вместе-то.

Уже выходили из тайги после промысла, дед и провалился под лед. И костер быстро сварганили, и отогрелся вроде бы, и одежду высушили, а простуда засела. Летом ноги распухли и отказали. Вся охота насмарку. Да что там охота! Жизнь кончилась. Ведь для настоящего промысловика тайга — это и есть жизнь.

Несколько ночей караулил Миша волков, устроившись в сугробе с дедовским ружьем. Звезды считал, любовался, как они беззвучно перемигиваются. Но волки больше не приходили в деревню.

Видно, не простую волчицу добыл парень. Она и правда была огромная, не меньше самого охотника. Отец, вернувшись по весне с промысла, долго любовался растянутой на сарае шкурой волчицы. Ощупывал, измерял четвертями и даже принюхивался к мездре.

— Значит, говоришь, убил одним замахом?
— Так, батя, она же корову… Я и напугался малость.
— Напугался? Значит, так. На тот сезон вместе пойдем.

Мать услышала этот разговор и вмешалась:

— Нашел охотника! Чего он тебе поможет? Ему только десять лет. За ним же глаз да глаз!
— Сказал — пойдет. Лыжи надо делать.

ИЛЛЮСТРАЦИЯ ТАТЬЯНЫ ДАНЧУРОВОЙ.

Но война смешала все планы. Многих луковчан, парней да мужиков, сразу забрали, а кого-то только «подписали». Это значит, они жили в деревне, работали в колхозе, а котомку наготове держали. Зимой слух прошел, что старших ребят будут посылать в тайгу. Попада́́л в этот список и Мишка.

Когда Мишу записали в бригаду, дед стал каждый вечер обучать его таежным хитростям: как правильно плашку заряжать, как не заблудиться в падеру, как зимовье содержать, когда приходишь уставшим и надо быстро обогреться приготовленными заранее дровами. Учил, как прокормиться в тайге тем, что добудешь, как ремонтировать лыжи и где хранить добытую пушнину, чтобы не досталась мышам.

Отца на фронт долго не брали, загнали на лесозаготовки, а уже оттуда прямиком на фронт. Успел только сказать, что ружье оставил у Сереги, друга, и уехал. Мать потом к этому Сереге ходила несколько раз.

И плакала, и угрожала, и уговаривала — нет, говорит, ничего не оставлял. Недаром твердят, что предать может только близкий человек. Ладно хоть Мишка дорогу на свой участок хорошо знал. Три сезона помогал отцу, даже проходили по путику вместе. Так что основы охоты уже были в голове у парня.

Через какое-то время всех ребят собрали в правлении. Прочитали бумагу, где говорилось, что все, кому исполнилось двенадцать лет, становятся трудообязанными. Мишке было только одиннадцать, и он стоял с малолетками, возвышаясь над ними на целую голову.

Дядька из района спросил:

— А ты что стоишь? Сколько лет?

Мишка, стушевавшись перед чужим человеком, промямлил еле слышно:

— Одиннадцать. Скоро….
— Одиннадцать? Ты что, не хочешь помочь быстрее одолеть врага?
— Хочу.
— Тогда переходи в эту группу. Вон какой вымахал верзила!

С этого дня он стал работать в колхозе. Его друг Толя-Чиля был старше на целый год, хотя ни ростом, ни весом похвастать не мог. Но был настырным, въедливым и очень упертым. Если ему давали какое-то задание, разбивался в лепешку, но задание выполнял.

Решение о добавке пушного плана пришло, когда сезон уже подходил к концу. Оставалась только весёновка. Было решено организовать несколько бригад из детей, хоть как-то знакомых с промыслом. Конечно, ребятишки направлялись в ближние тайги, только Миша-Туба отправлялся на отцовский участок. Ему в напарники был определен Толя-Чиля.

Дед, сидя на печи, сотрясал кулаками от бессилия, узнав, что внук идет в тайгу без ружья. Уже который раз укладывал себе на колени старую кремневку, оглаживал ее безвольной ладонью и снова бубнил себе под нос:

— Не работает она, не работает….

Мишка успокаивал и деда, и мать, постоянно всхлипывающую:

— Да ладно! На кой оно, ружье-то? Только мешать будет. Плашник поднимем и будем работать.

Дед вздыхал, ворочался.

— Там под крышей, на чердаке, Миша, там пальма лежит. Отец-то твой вместо посоха таскал. Слышишь?

Пальма, или рогатина, была грозным оружием и представляла собой огромный нож с толстым обухом, встроенный в крепкий посох. Этой пальмой легко было срубить сучок или жердь, продолбить дырку во льду, а при необходимости добить раненого зверя или защититься от него. Правда, в последнем случае охотник должен быть достаточно крепким и умелым.

Весёновка начиналась с появлением первых признаков наста, когда снег на солнышке начинал жухнуть и превращаться в корку, которая на ночь становилась почти что льдом, а за день опять оттаивала. У многих охотников это было самое любимое время промысла. Перелом зимы на весну сам по себе радует любое живое существо, в том числе и человека.

Лесные обитатели (белка, соболь, колонок, горностай, лисичка), зачуяв удлиненный день, становились более активными, пронырливыми, легче попадали в ловушки. Одно огорчало: мех становился тусклым, неблескучим. Такая пушнина стоила дешевле зимней. Но ребята понимали, что вряд ли получат что-то за нее. Хорошо, если поставят несколько трудодней в журнале учета.

По рассказам деда, по каким-то отрывочным воспоминаниям самого Миши, по затёскам старым, заплывшим смолой, они быстро отыскали все путики и, как могли, насторожили ловушки. На приманку использовали поначалу принесенных с собой вяленых рыбешек. Работа началась.

ИЛЛЮСТРАЦИЯ ТАТЬЯНЫ ДАНЧУРОВОЙ.

В плашки попадались одни белки. В самом начале весёновки сработала пара кулемок. В одну попала маленькая рыжая соболюшка, в другую — крупный, светло-коричневый колонок. Белок приносили в зимовье, оттаивали и снимали шкурки при тусклом свете жирника, заменяющего дорогую свечу. Тушки аккуратно потрошили, кишки чуть проквашивали и использовали на приманку для следующих белок. Тушками питались.

После постных домашних щей варево из белок казалось царской пищей. Что-то доставалось и Чернышу. Но пса не баловали, так как от него работа не требовалась. Его взяли с собой только для охраны: а вдруг ранний медведь объявится? Миша вместо посоха таскал по тайге отцовскую пальму. Таскал просто так, для важности. Но помнил наказ деда…

Глаза слепило ярким весенним солнцем и невыносимо белым снегом. Тепло стояло — хоть раздевайся да загорай. Самое доброе время в тайге: ни комаров тебе, ни гнуса, любую работу можно ладить. Именно в такое время охотники обихаживали свои угодья. Готовили лес для зимовья и даже ставили сруб, чтобы просыхал.

Строили кулемки, готовили и растаскивали на нартах плашки, которые стояли одна от другой на расстоянии «глаза». А если путик был дневной, вот и считай, сколько надо ловушек по тайге растащить. Забота о ловушках ребят не беспокоила. У Мишкиного отца путики были отлажены и работали исправно. Только не ленись, бегай по насту да собирай добычу.

Читать еще:  Крупные дары осени

А один раз отдых себе устроили. Нагрели воды и банились в тазу. Мишка выглядел здоровым, как настоящий мужик, а вот Толик был худосочным, как ребенок. Он радостно плескался в тазике и даже смешно гукал. Миша, когда увидел, как Чиле просторно в тазике, невольно пожалел его, подумал: «Мне было тяжело, а в нем, в этом Чилимёнке, где еще и мышцы-то не выросли, откуда сила?»

Силы и правда не было. Были воля и желание победить. Победить если не супостатов, то хотя бы себя. И поверить в эту свою победу. Мишка вспомнил, как он заставлял Чилю таскать чурки к зимовью и ворчал на него, что тот не таскал их, а катал.

Вспомнил, как он посылал его на путик одного, а сам в это время уходил на другой, как тот замолкал, хмурился, но молчал. Уходил, опустив плечи и тяжело подтаскивая лыжи, неумело подшитые камусом. И каким радостным он возвращался, пройдя этот путик, преодолев расстояние, поборов, может быть, страх! Как задорно он потом рассказывал все до мелочей, что видел за день, о чем думал!

А думал он все больше о том, как убежать на фронт. Казалось, что именно там, на войне, его ждет настоящая работа, что там, на самом переднем крае, он непременно совершит подвиг. И бабка будет плакать и гордиться своим внуком…

Ночью Мишка просыпался от всхлипываний Чили.

Тот замолкал на какое-то время, но потом снова корчился и всхлипывал.

— Ноги… Судорога ноги выворачивает…

Мишка перебирался на нары к другу, нащупывал сведенные судорогой ноги и начинал разминать их, гладить. Постепенно боль отступала, разрешала поспать. До следующей ночи. Мишка, вспоминая, как он сам тяжело тащил отцовские лыжи, завершая длинные путики, невольно думал: «Как же Чиля шагал за мной? И ведь не ныл, не плакался на усталость»…

Между ребятами уже не первый раз начинались разговоры о том, что скоро надо будет закрывать плашки, кулемки, готовиться к выходу из тайги. Дни становились теплыми, снег за ночь не успевал промерзнуть, и ближе к обеду охотники начинали проваливаться в снежную кашу.

— Если на путике пятый раз, а путиков всего пять, значит, сколько дней мы охотимся?
— Так мы же еще отдыхали, баню делали.
— Да. И еще два дня падера была, тоже не ходили.
— Получается, месяц живем. Даже больше.

Охотники и война

Новости

Когда меня попросили прочитать лекцию о роли охотников Великой Отечественной Войне, я немного задумался. Задумался же я вот почему.

Моё детство и юность пришлись на 60-е – 70-годы XX века. Взрослые люди, которые меня окружали в то время, были, в значительной своей части, людьми военного поколения. И охотниками при этом.

Поэтому вопроса, какова была роль в Великой Отечественной именно охотников, для меня не стояло. Воевали все, охотники, в том числе.

И тут я задался для себя вопросом – а кто был средний охотник из тех, кого призвали под ружьё в военные годы?

Прежде всего – охотников накануне войны было около двух миллионов. При общей численности населения страны около 170 млн – это значительно меньше чем сейчас. Из этих 2 млн охотников было — крестьян – 58,9%; служащих – 16,2%; рабочих – 14,6; прочих – 7,8; кочевников – 2,5%.

Эти цифры показательны ещё и тем, что у нас по многим источникам бытует странноватая точка зрения, что на Руси охота была преимущественно «дворянской забавой», что опровергается высоким процентом охотников-крестьян.

«Забавой» она, может, была и дворянской, а для крестьян она была реальным продуктовым подспорьем. Одним из средств выживания. И вот, призванный в армию, этот крестьянин с навыками выживания и становился бойцом. Одним из лучших. Потому что у него эти навыки выживания уже были, а у других – нет.

Интересно, что из этих, упомянутых, 2 миллионов охотников, 350 тысяч были охотниками-промысловиками. И именно из них, из этих 350 тысяч промысловиков, выросли лучшие снайперы, разведчики, танкоборцы войны.

Их имена на слуху у всех, кто хоть как-то интересуется нашей военной историей – Михаил Сурков, Василий Зайцев, Иван Кульбертинов, Максим Пассар…

Все, без исключения, наши военнокомандующие, были охотниками. Включая Верховного, да.

А ещё была другая война, и другая охота.

В тылу, где охотники заготавливали сотнями и тысячами тонн дикое мясо – для организации питания в госпиталях и для снабжения расквартированных неподалёку частей. Именно охотничьи бригады позволяли поддерживать в боеспособном состоянии нашу армию в Забайкалье, так, что она оказалась в состоянии совершить победоносный рывок через границу в августе 1945 года.

А в тайге старики, женщины и дети заготавливали пушнину.

Дело в том что на охотников-промысловиков не распространялась бронь, которая действовала на представителей многих профессий. Поэтому основная масса промысловиков ушла на фронт.

Как менялась количество охотников, ведущих активный промысел, в войну можно видеть по цифрам охотников, заключивших договор с Красноярской ассоциацией Заготживсырьё

1940 год – 4398 чел
1941 год – 2527 чел
1942 год – 1742 чел
1943 год – 1845 чел +299 учеников
1944 год +457 учеников
1945 год +519 учеников

С взрослыми, опытными охотниками включались в бригады 16-летние подростки, бездетные женщины и девушки, которые могли промышлять пушнину. В дело шло буквально всё – у меня на глаза слёзы навернулись, когда я увидал в одном из отчётных документов сведения о заготовках шкурок амбарных крыс.

Естественно, продуктивность промысла значительно упала, и не могла соперничать с довоенной, когда экспортируемая пушнина находилась у нас на третьем месте в числе экспортируемой из СССР продукции. Но и это, добываемая с невероятным трудом, сырьё, сказало своё веское слово в организации Победы. А именно – пушнина в годы войны составила треть всей валютной выручки Советского государства.

Отдельно мне б хотелось сказать о роли охоты во вспомогательном снабжении наших жителей во время войны. Практически вся продовольственная продукция в СССР в военное время выкупалась у производителей по фиксированным ценам и распределялась по карточкам. Поэтому, если в семье был хоть кто-то, кто мог добывать хоть какое-то количество дикого мяса, его роль была бесценна. Например, мой отец, одиннадцатилетний мальчишка, в эвакуации подкармливал свою маму, мою бабушку, птицами, которых он стрелял на окраинах Казани, в эвакуации, из рогатки.

Так что я лично, в буквальном смысле, обязан своим существованием охотничьим навыкам моих родных.

Секреты и особенности промысловой охоты

Занятие охотой известно еще с доисторических времен. Она была и средством пропитания, и самой большой страстью мужского населения. С развитием человечества стали меняться ее способы и цели. На сегодняшний день промысловая охота сменилась на любительскую или спортивную. Широкое распространение получил охотничий туризм, благодаря чему начали развиваться охотничьи хозяйства. Но в некоторыех регионах промысловая охота остается актуальной и на сегодняшний день.

Особенности современной промысловой охоты

Промысловая охота – это рациональное использование животных для получения от них максимальной экономической выгоды, не нанося ущерба воспроизводству потомства. Целью ее является выслеживание, и добыча хищных зверей, получение мяса и ценных пушных шкур. Для охотников промысловиков это занятие стало не только развлечением, в ходе которого проверялась их сноровка и выносливость, но и источником хорошего дохода.

В настоящее время промысловой охотой разрешено заниматься юридическим лицам и частным предпринимателям, получившим лицензию. Промысел производится в специально отведенных угодьях в сезон, который четко установлен законодательными органами. Наиболее распространенными промысловыми районами является Урал, Дальний Восток, Сибирь, Поволжье.

Промысел в Восточной Сибири

Охота в Восточной Сибири с давних времен является основным занятием, а в районах с малочисленным населением она является источником пропитания и заработка средств существования. Широкое распространение получила любительская охота, которая является не только развлечением, но и дает возможность заготовить достаточное количество мяса.

Объектами становятся кабаны, лоси, косули, изюбры, медведи, зайцы, а так же различные виды водоплавающей и лесной дичи. Промысловая охота ведется на соболя, горностая, белку. Охотники промысловики образуют артели, занимающиеся заготовкой пушнины.

Промысловая добыча соболя

Соболь — хищный зверек, являющийся предметом промысла благодаря своему ценному меху. Обитает в темнохвойной тайге. Может существовать в суровых условиях, имея хороший иммунитет к заболеваниям. За 10 часов преодолевает расстояние до 12 километров. Корм для пропитания добывает в основном ночью или ранним утром, а днем соболь отдыхает.

Зверек имеет очень чуткий слух и мгновенно реагирует на лай собак или выстрелы. Если его неосторожно разбудить, приблизившись близко, он мгновенно бросается наутек. И подстрелить его практически невозможно. Широкими скачками соболь убегает сначала по земле, а затем забирается на дерево и перемещается по веткам, пока не найдет в дереве дупло.

Охотник вырубает часть дерева, образуя дыру, и устанавливает на выходе сетку. Затем, стуками по дереву выгоняет соболя из дупла, заставляя его бежать к образованному проходу. Когда зверек попадает в сетку, его необходимо сразу схватить за шею, чтобы он не укусил за руку. При этом шкурка зверька остается без повреждений. Так же соболя добывают с помощью капканов и самоловок.

Читать еще:  Охота на медведя с рогатиной

Незаменимым помощником в промысле на соболя является лайка. Она значительно повышает шансы на успех. Данная порода собак отличаются выносливостью и могут длительное время преследовать добычу и предупреждать хозяина о том, что обнаружила соболя. Умение и чутье передается у таких собак на генетическом уровне, поэтому такие собаки ценятся очень дорого. Дрессируют собак с детства, приучая их, и плавать в лодке, и находить в лесу кратчайший путь.

Подготовка к охоте

Продолжительность охотничьего сезона от 5 до 6 месяцев. Поэтому охотники промысловики к подготовке подходят очень серьезно. До начала сезона необходимо подготовить зимовье, расчистить к нему подходы и завезти продукты. Учитывая, что территория обитания соболя достаточно велика, помимо капитальной зимовки охотнику нужно позаботиться и о промежуточных стоянках.

Для собаки строят специальную будку, внутри которой настилают сено, завешивают вход плотным материалом и заваливают ее снегом, оставив только проход для собаки. Внутри такой будки должно быть две миски – одна для воды и другая для еды. Собаке необходимо один раз в день давать теплую есть теплую пищу.

Особое внимание следует уделить выбору вещей. Их должно быть два комплекта. В комплект должны входить: куртка, свитер, брюки. Это даст возможность сменить одежду, в том случае, если она промокнет или испортится. Не лишним будет и термобелье, которое послужит хорошей защитой от холода в зимний период.

При выборе обуви нужно учитывать сезон промысла. В зимний сезон не обойтись без валенок или унтов. Эта обувь незаменима в дальних переходах.

Обязательно наличие теплого спального мешка и палатки. Палатка должна быть непромокаемой. У каждого охотника при себе обязательно должен быть компас, GPS навигатор и сменный аккумулятор. Мощный фонарь с комплектом сменных батареек.

Главными инструментами в тайге являются топор и нож. Инструменты должны быть прочными, острыми и практичными. Топор должен быть один для рубки деревьев, другой для повседневного использования. Нож должен быть универсальным и прочным. Инструментов, как и одежды лучше иметь по два. Необходимо проверить оружие, петли, капканы и боеприпасы. Подчас выживание в Сибири зависит от наличия достаточного количества патронов.

Не каждый сможет провести в суровых условиях несколько месяцев. Таежная жизнь под силу лишь профессионалам, обладающим силой духа, железной дисциплиной, терпением и выносливостью.

Промысел в Западной Сибири

Промысловая охота в Западной Сибири нацелена на регулирование численности животных. Способ напрямую зависит от выбора животного, на которого она ведется. Групповая охота подходит на косулю или лося. При таком способе добычи нужны загонщики, стрелки, разводящие и обязательно человек, руководящий группой. При групповом промысле очень важны дисциплина и четкие, слаженные действия каждого члена группы.

На кабана

На кабана обычно охотятся методом облавы или загона.

При добыче кабана методом загона загонщики выгоняют кабана на цепь стрелков. В этом случае загонщиков должно быть несколько человек. Тогда, как для метода облавы, достаточно и одного загонщика, чтобы выгнать кабана на стрелков. Но в этом случае стрелков должно быть несколько. Размещаться они должны на возвышении, чтобы иметь хороший круговой обзор. Очень важную роль играет маскировка. Она должна соответствовать цветовой гамме окружающей среды. Если промысел производится в зимний период, то одежда стрелка должна быть белой. В летний период одежда должна быть темно зеленого или черного цвета.

На лису

На лису обычно охотятся с собаками.

Для этой цели исключительно подойдут такие породы собак, как гончая, борзая и норная. Возможна добыча лисы и при помощи капканов. На лису лучше начинать охоту ранним утром. При добыче лисы с помощью норных собак охотник должен обладать осторожностью и выдержкой. Если лиса слышит шум, то забивается глубоко в нору. Охотник снимает с собаки поводок и ошейник, и когда собака уходит в нору, выбирает место шагах в двадцати от отнорка и выжидает появления лисы, приготовившись к стрельбе.

На боровую дичь охотятся ранним утром, когда глухарь собирает песчаные камушки. Белка в это время тоже занята сбором припасов.

Профессиональная охота в Западной Сибири производится также на бурого медведя, северного оленя, снежного барана, горного козла.

Промысел на Урале

Охота на Урале дает возможность охотникам пополнить свои трофеи. Это может быть бурый медведь, северный олень, лось, горностай, лиса, волк, косуля. А так же пернатые – беркут, орлан. Трофеи, добытые на Урале, очень высоко ценятся.

В целом промысловая охота в Сибири и на Урале пользуется заслуженной популярностью не только у охотников, но и у туристов. Кроме того, туристам предлагаются увлекательные охотничьи туры. Именно поэтому начинающие охотники, не желающие проверять на собственно опыте принципы выживания в Сибири, отправляются за трофеями именно в составе такого тура.

Охота в этих местах — это отличный шанс почувствовать себя настоящим таёжным отшельником, насладиться красотами природы, увлекательной травлей зверя и получить заслуженные трофеи.

Видео

Видео раскрывает интересные подробности и секреты промысловой охоты.

Промысловая охота во время войны

Некоторые шутят, что этим советским стрелкам-представителям национальных меньшинств на Великой Отечественной войне помогали духи, с которыми они якобы поддерживали астральную связь. Очевидно одно: востроглазые снайперы виртуозно умели обращаться с винтовкой, потому что были знакомы с огнестрельным оружием с детства, являясь прирожденными охотниками.

Буряты

Снайпер бурят Арсений Етобаев был единственным снайпером в Великой Отечественной войне, кто сбил целых два вражеских самолета. Его земляк Жамбыл Тулаев, Герой Советского Союза, отправивший на тот свет, судя по наградному листу, 262 фашиста (после награждения счет увеличился на 51 гитлеровца), сам признавался, что в успешной стрельбе ему помогал дух, к которому он, как потомственный шаман, обращался в решающую минуту. Коньком Тулаева была неожиданность – он был совершенно непредсказуем в выборе места и способа ведения огня и в результате на счету бурятского снайпера 30 выигранных дуэлей с гитлеровскими «коллегами».

Якуты

Герой Советского Союза якут Федор Охлопков за время войны был 12 раз ранен, но по подтвержденным данным, сам убил 429 вражеских военнослужащих. Действовал не только винтовкой, но и пулеметом. Как он сам утверждал, в действительности на его счету гораздо больше гитлеровцев, просто в боевых условиях не было возможности вести скрупулезный учет.

Федор Охлопков – самый известный якут среди представителей этого народа, которые воевали в Великой Отечественной.

Эвенки

Эвенк Иван Кульбертинов входит в десятку самых результативных советских снайперов Великой Отечественной – на его счету 487 солдат и офицеров вермахта. Родившийся в семье охотника-оленевода, Иван с детства умел обращаться с карабином, занимаясь промыслом пушного зверя, даже успел до войны стать стахановцем.

Еще один народ, чьи потомственные охотники-промысловики внесли весомый вклад в качестве снайперов в Великой Отечественной войне. Самый известный эвенк-снайпер – Семен Номоконов, уничтоживший 367 фашистов (это количество официально подтверждено, скорее всего, их больше). Номоконов тоже общался с духами при выходе на снайперские позиции, брал с собой амулеты, за что его даже на время убирали с передовой. Потом, правда, возвратили – таких стрелков, как этот эвенк, было очень мало.

Герой Советского Союза эвенк Кирилл Батум был не только снайпером, но и разведчиком. О нем много писали фронтовые издания, личное письмо Батум получил и от писателя Ильи Эренбурга. После 48 уничтоженных гитлеровцев его представили к званию Героя Советского Союза.

Нанайцы

По данным Ассоциации коренных малочисленных народов Севера Хабаровского края, сотни нанайцев воевали на фронтах Великой Отечественной именно в качестве снайперов. Среди них Захар Киле, Максим Пассар. Пассару посвящал стихотворение известный советских поэт Евгений Долматовский. Пассар убил 237 солдат и офицеров вермахта, подготовил многих снайперов, которые в общей сложности положили свыше 700 фашистов. Большую часть уничтоженных гитлеровцев снайпер ликвидировал в ходе Сталинградской битвы. Немцы назначили за голову Пассара награду в 100 тысяч рейхсмарок. Снайпер погиб в бою в 1943 году, прикрывая наступление своего подразделения, перед этим уничтожив 2 пулеметных расчета.

. Среди успешных снайперов в Великой Отечественной войне были также казахи (Тулеугали Абдыбеков, 397 убитых фашистов), чеченцы (Герой Советского Союза Абухаджи Идрисов, более 300 уничтоженных гитлеровцев), грузины (Герой Советского Союза Ной Адамия, около 200 ликвидированных врагов и 2 подбитых танка). В значительной степени выбор снайперской профессии на фронте был обусловлен прошлым красноармейцев – в большинстве своем это были профессиональные охотники, бившие зверя с одного выстрела и так, чтобы не попортить шкуру, они в любую погоду часами могли лежать в засадах, чтобы выследить свою добычу незаметно для нее самой. Именно такими качествами и должен обладать классный снайпер.

Источники:

http://www.litmir.me/br/?b=541042&p=3
http://www.ohotniki.ru/archive/article/2017/03/07/647608-promyislovaya-ohota-vo-vremya-voynyi.html
http://huntportal.ru/hunting/novosti/2019/oxotniki-i-vojna
http://ohota.guru/vidy-oxoty/sekrety-i-osobennosti-promyslovoy-oxoty.html
http://russian7.ru/post/olenevody-okhotniki-shamany-kto-na-veli/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять
Adblock
detector